Дом бьющихся сердец полностью

– Мериам не успокоится, пока не найдет способ нас уничтожить. – Голос Лора потрескивает в напряженном воздухе.

– Кого «нас»? – спрашивает Сиб.

– Воронов. – Лоркан перестает играть с ножом и откидывается на спинку стула.

– Но вас нельзя убить, только сковать, верно? – Сиб подцепляет кувшин с вином, наполняет свой бокал, бокал Маттиа, а затем нагибается к моему. Вероятно, она считает, что алкоголь поможет мне переварить весть о том, что моя бабушка жива и охотится за мной, а также за Лором.

Я тянусь за бокалом, но Лоркан хватает его первым и делает глоток.

Могли бы попросить, и я налила бы вам вина, ваше высочество. Не обязательно красть мой стакан.

У меня нет ни малейшего желания пить напитки фейри или есть их пищу.

Мои брови изгибаются.

Тогда зачем ты взял мой бокал?

Пока ты проживаешь за пределами Небесного Королевства, все твои блюда и напитки будут проверять. Разве Ифе не упоминала?

Упоминала. – Когда он ставит бокал рядом с моей тарелкой, я спрашиваю: – Проверять наличие яда обязательно должен ты?

Яд не может меня убить, Биокин.

А если кто-нибудь добавит в напиток частички обсидиана?

Мой организм их выводит.

Он использовал настоящее время, и это меня тревожит.

Тебя уже пытались отравить таким образом?

– Фэллон может снять наше обсидиановое проклятие.

Я вздрагиваю, когда Лоркан рассказывает об этом остальным. Разве такую информацию не нужно держать в секрете?

Мне казалось, ты доверяешь своим друзьям, – говорит Лор.

Доверяю, но ты-то нет, так почему рассказал?

– О боги мои, Фэл! – Голос Сиб такой пронзительный, что у меня чуть барабанные перепонки не лопаются. – Ты должна немедленно уйти!

Пульс учащается, создавая какофонию под ребрами. Я не могу уйти, пока не найду… Я обрываю мысль, прежде чем ее прочел Лоркан.

– Согласна, – говорит Джиа. – Как только Мериам схватят… или убьют…

– Вот только именно поэтому Фэллон сюда прибыла. – Лоркан постукивает пальцами по столу. – Она хочет, чтобы Мериам ее нашла.

Сиб ахает.

– Это правда?

– Тебе жить, что ли, надоело? – шипит Джиа.

Энтони ударяет кулаком по столу.

– Почему вы выпустили ее из своего королевства, зная, что она намерена изображать гребаную приманку, Морргот?

Кожаные штаны Лоркана скрипят, когда он садится прямее.

– По той же причине, по которой ты сообщил ей, где найти лестницу, которую я позволил построить Киэну для его возлюбленной-фейри.

Я резко вдыхаю, затем сглатываю с такой силой, что слюна застревает в горле.

Ты прочитал его записку?!

Твои мысли, а не записку.

Это личное.

Как и существование лестницы, которую я велел уничтожить. Как следовало бы уничтожить и…

Даже не смей заканчивать предложение. – Я стискиваю зубы. – Ты сидишь здесь сейчас отчасти благодаря ему.

Я сижу здесь благодаря тебе.

Я фыркаю.

Если бы я знала, кого возвращаю к жизни…

– Почему Фэллон красная, как фрикадельки? – вполголоса спрашивает Маттиа у Сиб.

– Потому что ее зловредная бабуля на свободе, – шепчет в ответ Сиб.

Лор поглаживает когтистым ногтем вышивку на скатерти, разрезая дорогую льняную ткань так же, как растерзал последний клочок моей симпатии и признательности.

Как только Мериам меня найдет, я потребую, чтобы она разрисовала меня своей кровью, и ты никогда больше не сможешь проникать в мои мысли!

Ножки моего стула визжат, когда я встаю из-за стола и вылетаю из гостиной.

Мертвые ведьмы не могут накладывать чары. – Его голос эхом отдается от моих пульсирующих висков.

Скрывшись в спальне, я кричу через связь:

А окаменевшие вороны не могут убивать ведьм.

Ты угрожаешь проткнуть меня колом, Биокин?

Лучше держись от меня подальше.

Хотя он не отвечает и не появляется в моей спальне, я через мысленную связь чувствую его улыбку. Вряд ли он будет улыбаться, когда я с первыми же лучами солнца отправлюсь на портовый рынок и куплю себе обсидиановый клинок.