– Петя, наверное, очень обо мне беспокоится, – сказала я Жене, когда он объявил, что пора отправляться спать. – Можно ли ему как-то сообщить, что я жива и здорова?
– Это лишнее, Огонек, – качнул головой дракон. – Уверен, Белецкий и сам прекрасно понимает, что с тобой все в порядке. Отдыхай. Завтра нам предстоит большое серьезное дело.
Я покачала головой. Об отдыхе не могло быть и речи. Во-первых, ложиться в постель, зная, что Евгений может в любой момент явиться ко мне в гости, было немыслимо. Во-вторых, оставшись в одиночестве, я решила попытаться сбежать.
Я понимала: лучшее, что я могу сделать для соседей и нашего ЖК, – это уклониться от купальского ритуала. Если меня не будет рядом и чары Немирова не подпустят Рейта к цветку, его план рухнет, как соломенный домик. Не будет сражения, не будет пожаров, не будет пострадавших людей.
Как воплотить свою идею в жизнь, я представляла слабо. Даже если бы мне удалось выбраться из коттеджа, я понятия не имела, куда пойду – ночью, в незнакомом месте, без средств связи, да еще босиком. Переодеться перед своим похищением я не успела, поэтому теперь щеголяла в старых домашних шортах, растянутой футболке и без какой-либо обуви.
Выглянув в окно, я обнаружила, что коттедж окружен защитным полем, которое, как стена, стояло прямо перед его окнами. Открыв форточку, я швырнула в сторону поля лежавший на подоконнике сувенир – деревянную фигурку слона. Слон ударился о магическую стену и, отскочив от нее, как мяч, упал в траву.
Вот и все. Выбраться из дома мне не светит.
Можно было, конечно, попробовать убежать зеркальным путем, но Женя, провожая меня в гостевую спальню, предусмотрительно забрал хрустальное око с собой, а воровать у него артефакт я бы никогда не рискнула.
Закрыв окно, я переместилась на кровать и принялась размышлять дальше.
Если принять участие в ритуале все же придется, надо сделать что-то такое, чтобы Рейту Жар-цвет не достался. Но что именно? Кинуться в дождь и грозу с папоротником наперевес? Замешкаться и сорвать бутон, когда он уже отцветет? Разорвать, а семена растоптать?
Глупо и неправдоподобно. Рейт наверняка будет внимательно следить, чтобы я не вытворила какую-нибудь дичь. И что же тогда делать?
Я откинулась на подушку.
Помнится, когда я читала Олесин справочник магических растений, мне попалась в нем какая-то фраза – странная, непонятная, которая чем-то меня зацепила. Но что это была за фраза, вспомнить не получалось.
Закрыв глаза, я попыталась восстановить в памяти статью о Перуновом цвете, но перед моим мысленным взором лишь медленно шевелился серый туман. Когда же я открыла глаза, комната была залита солнечным светом, а стоявшие у кровати электронные часы показывали девятый час утра.
Чертыхнувшись, я выбралась из постели и отправилась искать сначала туалет, а потом Женю Рейта. Туалет обнаружился в конце коридора, а Рейт – в кухне за большим обеденным столом. Увидев меня, он лучезарно улыбнулся и, жестом указав на соседний стул, придвинул ко мне чашку с чаем и блюдо с бутербродами.
Завтракали мы молча. Я смотрела в окно, Евгений – на экран своего телефона.
– Расскажи, как будет проходить сегодняшний ритуал, – попросила я дракона, когда все было выпито и съедено.
– Без особых премудростей. Вечером мы с тобой переместимся во двор, дождемся, когда зацветет папоротник, потом ты сорвешь его бутон и отдашь мне. Все.
– Так просто? А как же дождь и ураган? Как же адский хохот и воплощенные кошмары? И кстати. Я читала, что вокруг цветка надо чертить какой-то круг. Вроде бы это очень важно.
– Круг уже начерчен, – ответил Рейт, возвращаясь к своему смартфону. – Все готово и ждет нашего выхода.
– До нашего выхода еще куча времени, – заметила я. – Что же мы будем делать весь день?
– Что угодно. На улицу, к сожалению, нам выходить нельзя, зато разрешается смотреть телевизор, слушать музыку и читать книги. Можешь заняться этим прямо сейчас. Ни в чем себе не отказывай, Огонек.
– Жень, – я протянула руку и осторожно дотронулась до его запястья, – может, ты все-таки передумаешь? Еще не поздно все отменить.
– Отменить? – удивился Евгений. – О чем ты, Огонек? А! Ты, наверное, боишься, что мой дед захочет тебя наказать? Или что тебя осудят соседи? Не волнуйся. Все в курсе, что добром ты бы никогда не согласилась мне помочь. В этой истории главный злодей – я. Да и во всех остальных тоже.
На его губах появилась и пропала грустная усмешка.
– Я боюсь вовсе не этого, – тихо сказала ему. – Я волнуюсь о людях – простых жителях ближайших домов, которые могут пострадать во время ваших семейных разборок. Они ни в чем не виноваты, Женя. Их надо пожалеть.
Рейт на мгновение стиснул мою ладонь, а потом разжал пальцы и убрал свою руку под стол.
– С людьми все будет в порядке, – равнодушно сказал он, вставая со стула. – Не забивай голову глупостями, Огонек. Лучше посмотри какой-нибудь сериал. Или еще немного поспи. До вечера ты можешь быть свободна. В пределах этого дома, разумеется.
