Оглядев царивший в гостиной разгром, я отправил вестника на кухню с заказом, и решил все же навести некоторый порядок в доме. За хозяйственными делами меня и застали гости. Нулайис - Верховная жрица Неройды - влетела ко мне в гостиную, и потрясенно замерла. Что поразило ее больше: колышущееся рядом с камином привидение, или придворный чародей со шваброй в руках - не знаю.
- А стучаться тебя не учили? - я облокотился на швабру и принял самый независимый вид. - Может, я тут великое чародейство творю.
- Пока ты сотворил только великое богохульство, - буркнула Нулайис. - Я несла перед алтарем богини такую чушь, лишь бы Неройда не связала узами Визариуса и Горилику, что теперь просто не знаю, какие молитвы читать.
- Попостись, - обронил я.
Жрица обиженно засопела: высокий пост требовал от нее идеальной внешности, и фигура была ее самым больным местом. На мой вкус она выглядела просто безупречно, но всякая женщина находит в себе изъян.
- Ладно, - сжалился я, - Я пошутил. Ты прекрасно выглядишь. Идем в столовую, там уже принесли... ужин, видимо.
- Я не голодна.
- Да ладно тебе, - я довольно бесцеремонно облапил женщину за талию, и потащил в столовую. - На тебя же смотреть жалко. Сейчас поешь, выпьешь бокал вина - у меня, кстати, есть бутылочка Теморанского - и жизнь снова обретет краски.
Нулайис чуть отстранилась, и посмотрела на меня уже с интересом. С тех пор, как Теморан прекратил поставлять свое вино в другие страны, этот темный напиток стал цениться едва ли не дороже золота. Я стащил драгоценную бутылку у Аламарина, и счел появление в своем доме жрицы Неройды достаточно веским поводом, чтобы ее распечатать.
- Умеешь ты заинтересовать женщину.
Красавицу, похоже, нисколько не волновала моя рука, удобно разместившаяся у нее на бедре. Я заглянул в ее огромные глаза, коснулся кончиками пальцев сочных губ, опустил взгляд в обширное декольте, и не удержался от очередной шпильки:
- Красивый кулон.
Нулайис спешно отстранилась, накидывая на плечи газовый платок и прикрывая сверкающий в вырезе платья сапфир - символ непорочности.
- Вот взял и все испортил...
Я рассмеялся и повел гостью к столу. Неройда покровительствовала браку, семейному очагу и рождению детей, и потому, хоть ее жрицам и надлежало соблюдать целомудрие, но это было больше пожелание, нежели строгое правило. Неройда относилась к шалостям своих дочерей с пониманием.
- Визариус рассказал мне о погроме, который ты устроил утром. Что на тебя нашло?
Видимо, прислуга, доставлявшая ужин через заднюю дверь, видела мою гостью, потому что на столе уже стояли два прибора. Я усадил жрицу за стол, не торопясь с ответом. Нулайис полностью воплощала в себе кошачью натуру своей богини: коварную и независимую. Нельзя было точно сказать, что у нее на уме.
Смерть Горилики была ей определенно невыгодна. Я лично, буквально за руку, привел принцессу в храм Неройды и познакомил ее с Верховной жрицей. Если я эти пять лет выполнял функции отца, то Нулайис заменила девушке мать. Восхождение Горилики на трон сулило культу Неройды процветание. Я же предпочитал не вмешиваться в дела богов, и поддерживать с жрицей дружеские отношения. Едва ли угроза исходила от Неройды. Я решил поверить этой женщине.
Жестом попросив подождать меня, я отправился в оружейную. Здесь, под неподъемной на вид стойкой с двуручными мечами, был сейф. Возможно, кого-то удивит обилие в моем доме тайников и ловушек, но прошу учесть, что не реже, чем раз в три месяца, дворцовая стража забирала с моего крыльца промасленный мешок с останками очередного незадачливого вора. Эти представители древнейшей в мире профессии вламывались ко мне в дом с поразительным постоянством.
Прихватив из сейфа бутылку вина, фиал с ядом и небольшую коробку, я вернулся в столовую.
- Вот, - я протянул фиал жрице. - Этим меня напоил Его Величество. Поскольку его познания в алхимии ограничиваются процессами брожения и возгонки, я делаю вывод, что этот препарат изготовил придворный лекарь.
- Потрясающе, - Нулайис восхищенно прицокнула языком. - Просто не знаю, что совершеннее - сосуд или его содержимое. Ты действительно великий чародей.
Эта женщина прекрасно знала, как я падок на лесть. Но и ее слабости были мне известны. Я придвинул к ней коробку.
- Это тебе. Скромный подарок.
Жрица подцепила ногтем крючок, запиравший коробку, и кончиком пальца приподняла крышку. На бархатной подкладке лежали пять пустых фиалов. Женщина заулыбалась и бросила на меня хитрый взгляд. Мы поняли друг друга: счет был равный.
- А как ты извлек яд из крови? - Нулайис внимательно всмотрелась в наполненный фиал. - Я вижу здесь некоторые компоненты, которые распадаются бесследно.
- Это одно из свойств сосуда. Но для этого требуется особый метод извлечения, который, уж извини, я тебе не открою.
- Понимаю, - жрица кивнула. - У всех есть свои секреты.
- Именно, - я разлил вино по бокалам. - А теперь моя очередь задавать вопросы. Я понимаю, почему Альб напоил меня чаем со снотворным. Мне, конечно, обидно, но все же понимаю. Но зачем было прятать меня в каземат?
