Мужчина — Капитан — давал указания кому-то, кого я не видела:
— Мы похороним моего сына на рассвете.
Женщина бросилась к Мэтью и накрыла его своим телом.
— Он не умер, — сказала она с ужасом в голосе. — Он спит. Я видела его в своих снах. Его дух приходил ко мне. Я не позволю тебе положить его в могилу.
Я знала, что это должно быть Дейрдре, мать близнецов. Я видела её раньше, в бальной комнате, кружащейся по залу. И я осознала, что слышала её голос раньше — на чердаке, когда она кричала в темноте.
— Он мертв, ты, безумная, — проскрежетал Капитан и дернул её за локоть.
Она ударилась спиной о сервант. Подсвечники упали, китайский сервиз разбился. Она замерла там, затем протянула руку и схватила что-то с пола.
— Нет, — выкрикнула она, разворачиваясь и закидывая руку для броска.
Он увидел это в последний момент и закрылся рукой. Затем выругался, вынимая инкрустированную камнями ручку из своего плеча.
Капитан вытащил носовой платок, чтобы остановить кровь, текущую из его раны, но его губы тронула мрачная ухмылка.
— Заприте её в детской, — сказал он. — Я больше никогда не хочу её видеть.
Последнее, что я видела, был страх на лице Дейрдре. Я выпустила кинжал, чтобы всё это исчезло.
— Что ты видела? — спросил Джексон.
Я почувствовала головокружение и пошатнулась. Так много видений, и так быстро. И все они такие… ужасные. Он был прав, мысленно призналась я сама себе — не следовало открывать эту коробку. Я не хотела больше никаких видений.
— Может быть, мы вытащим эти вещи наружу и посмотрим что на дне? — Джексон начал складывать содержимое на полу рядом с собой.
— Не нужно. Алмазов здесь нет. Сундук был нужен не для них. Пожалуйста, положи всё обратно. — Он недоуменно посмотрел на меня. — Просто сложи всё обратно, — сказала я сквозь сжатые зубы. Я схватила полную охапку вещей, чтобы засунуть всё под крышку, и другая тьма затопила мой взгляд.
— Где ты это спрятала? — прорычал мужской голос. Огонь где-то позади меня отбрасывал танцующий свет и тени на грязь перед дубом на лужайке Дома Эмбер. Мужчина в галифе и рубашке с закатанными рукавами стоял в грязи и ритмично постукивал хлыстом по сапогам. По его лицу струился пот, и за его внешне спокойным лицом просто кипела ярость. Это снова был Капитан, где-то лет на десять моложе, чем на похоронах своего сына. Он стоял перед чернокожей женщиной, раздетой до пояса, со связанными запястьями, привязанной к нижней ветке дерева. — Где ребёнок, чертова ведьма?
Она не ответила. Хлыст просвистел и ударил её по обнаженной спине, где красные и кровоточащие раны пересекались со старыми, побелевшими шрамами. Темные капли разлетелись от удара, темная кожа была вся покрыта такими пятнами.
Я могла бы подумать, что женщина была мертва — кровью была пропитана вся земля под ней, и она безвольно висела на веревках, связывающих её запястья. Но каждое падение капли вызывало у неё низкое хныканье. Её стоны смешивались с рыданиями черноволосой женщины распластавшейся в грязи — Дейрдре, её лицо было в синяках, из свежего пореза на её скуле текла кровь. Позади неё, почти скрывшись в тени, за всем бесстрастно наблюдала маленькая девочка со светлыми кудряшками.
Я позволила хлысту выпасть из рук и скатиться на пол, назад, в холодную темноту чердака. Теперь я знала, почему все эти вещи заперли подальше. Может быть, их вообще стоило бы спалить, но прошлое в этом доме почитали. В Доме Эмбер не уничтожали даже самые уродливые воспоминания.
— Положи всё обратно, — снова сказала я и Джексон сделал так, как я просила, не задавая больше никаких вопросов. Он закрыл сундук и просунул в петлю сломанный замок. Затем он помог мне подняться. Я чувствовала себя развалиной. Лучше бы я не видела всего этого.
Я оперлась на предложенную мне руку, чувствуя жесткие рубцы шрамов под его рукавом. Я хотела убраться отсюда; я не хотела больше возвращаться сюда.
Возле двери я заметила картину в раме, повернутую изображением к стене. Я остановилась.
— Ты не мог бы повернуть его для меня?
Он поднял её. Это был портрет, разрезанный от угла до угла. Я осторожно сложила куски. Перед бархатной тканью стоял мужчина. На нем была синяя куртка со сверкающими золотыми пуговицами, под мышку была засунута шляпа. У него были глубоко посаженные глаза над длинным, слегка загнутым носом и полные, улыбающиеся губы. В голове пронеслась безумная фраза из сказки: «
Это был Капитан. Мужчина, который только что в моем видении чуть не забил женщину до смерти.
Я отдернула руку от холста. Мне показалось, что если бы мне удалось измерить эту картину, то она бы в точности подошла к пустому пятну на стене в прихожей.
— Кто это? — спросил Джексон.
— Мне кажется, кузен, — сказала я, — что это наш сколько-то-там-прапрадедушка.
И я попросила его поставить картину обратно.
