— Итак, Августовский Евгений Евгеньевич? — Медсестра просматривала регистрационный журнал. Она прикоснулась к стетоскопу и взглянула на Женю: — Ну, давай, упитанный, скидывай футболку. Буду тебя слушать.
Евгению было пятнадцать, и его, вместе с мужской половиной его 9 «А» класса, как и с другими парнями из школы, в этот день отвезли на прохождение допризывной приписной медицинской комиссии. По просьбе медсестры, Женя снял футболку. Он был худощавым, и то, что медсестра назвала его «упитанным» — лишь чуть позже до него дошло, что это она его поддразнила. Пока снимал футболку, девушка приговаривала: «Показывай-ка свой животик. Вот, молодец». Женя немного засмущался. Ему даже показалось, что он покраснел. Медсестра вогнала его в краску. Зачем она это сделала? Поиздеваться? Вроде непохоже… Пока она прослушивала Женю с помощью стетоскопа, Евгений её разглядывал. Симпатичная, лет, наверное, двадцати пяти. А может чуть старше. Голубые глаза, пухленькие губки, светло-русая коса, и всё остальное при ней (медсестре)… Евгений испугался, что сейчас у него всё поднимется, и тогда будет совсем уж неловко и стыдно. Он в ускоренном порядке стал прогонять мысли о медсестре и думать о чём-то будничном, менее приятном. С другой стороны, сами виноваты: такую красотку посадили перед пятнадцатилетним парнем. Ещё бы заставили её проводить не терапевтический осмотр парней, а хирургический: чтобы она сейчас ещё и ощупала Евгения со всех сторон — сзади и спереди…
— Ну а дальше-то что было? — поинтересовался Максим, когда Женя, призадумавшись, прекратил рассказ о своей медкомиссии.
— Ты о чём? — Августовский взглянул на одноклассника.
— Ну, ты только что сказал, что у тебя всё поднялось и встало. Она же это увидела? Приласкала тебя, полагаю?
— Ты глухой? — нахмурился Женя. — Я тебе сказал, что у меня ЧУТЬ всё не поднялось. И вот это была бы лажа.
— Да нет, лажа — это то, что она тебя не приласкала.
— Ты беленов объелся?.. Она — просто врач, который делает свою работу. А мне ещё шестнадцати нет. Да и ты вроде не похож на извращенца, чтобы что-то там домысливать. Или я ошибаюсь?
— Ну ладно, ладно, — наигранно извиняющимся тоном произнёс Макс. — Взрослые тётки пока ещё не для тебя. Ты ещё маленький, несовершеннолетний подросток — что поделать. Вот завтра ночью мы с тобой и с ребятами, как договорились, сходим на прогулку в старую лесную заброшку — сразу повзрослеешь и достигнешь совершеннолетия. И три года до наступления восемнадцати ждать не придётся.
Максим улыбнулся. Женя взглянул на него и тоже улыбнулся. Евгений Августовский и Максим Бадин были одноклассниками с самого первого дня в школе. Макс не отличался кичливостью, надменностью или чем-то в этом роде. Но поболтать любил. Он прекрасно понимал, что во время вчерашней медкомиссии это был всего лишь стандартный осмотр женщиной-доктором подростка, и не более того. Но ведь это неплохая тема, чтобы поддержать дружескую весёлую беседу. Однако сейчас Макс напомнил об их общей завтрашней ночной прогулке к заброшенной авторемонтной станции здесь, в лесу, неподалёку. Это так некоторые из ребят их 9 «А» класса проверяли на прочность своё мужское нутро. Мол, ты можешь уже считаться взрослым (ну или почти взрослым), окрепшим психикой мужиком, если в полночь прогулялся по кладбищу или по тёмному лесу, зайдя в какую-нибудь заброшку. Максим и Евгений тоже подписались на такую прогулку. Только Жене было как-то не по себе. Не любил он подобную дичь. Зачем тогда согласился? Сам толком не мог ответить. Но, во-первых, как-никак, а всё-таки приключения (на свою ж…). А, во-вторых, теперь уже поздно идти на попятную. Отказываться надо было сразу. Сейчас любой отказ считался бы просто отмазкой и отговоркой.