…Аглая нажала кнопку пульта, и джазовый визг смолк, уступая место лирике Генделя. По широкому мультимедийному экрану полетела стая быстрокрылых чаек. Евгений Борисович толчком вскинул вверх руку, призывая слушателей к вниманию. Его белый костюм эффектно выделялся на фоне темных кулис. Перед выступлением он специально попросил администратора сфокусировать свет на своей персоне. На низком столике лежал обязательный атрибут каждого собрания – букет алых роз и обыкновенный садовый секатор.
Быстрым, незаметным публике глотком Евгений Борисович прочистил горло. Его голос победно взвился под своды зала:
– Запомните, лидерство – это не подарок Бога, а категория успеха, которая должна заполнять всю нашу душу. От природы достается только красота, все остальное в наших руках. Да и красоту мы можем купить за деньги, – Евгений Борисович переждал волну смешков. – Лидер долго не размышляет – он решает! Лидер не комплексует – он решает и действует! Лидер не останавливается на достигнутом – он решает, действует и добивается успеха! Успех – вот тот поршень, который толкает нас вверх, навстречу власти и богатству! Вы хотите стать лидерами?
– Йес, йес, йес! – разноголосо взревела толпа в большом зале. От духоты и скученности воздух пропитался запахом пота и парфюма. В искусственном освещении стеклянно блестела испарина на разгоряченных лицах. Вентиляция барахлила, и было жарко.
Перехватив у Аглаи микрофон, Евгений Борисович легко сбежал со сцены и сунул микрофон долговязой девице в рваных джинсах:
– Скажи, что ты хочешь больше всего? Говори громко, четко, для всех. Чтобы желание исполнилось, слова должны заряжаться общей энергией.
Девица активно затрясла сосульками дредов:
– Денег, чтобы не работать!
Евгений Борисович повернулся на каблуках:
– Поддержим юного лидера, друзья!
Со всех сторон дружно грянуло:
– Йес, йес, йес!
– Молодой человек, ваше желание, – микрофон переместился к прыщавому парню с оттянутой нижней губой. Он прижимал к себе молоденькую девочку, похожую на белую мышку.
Парень испуганно выкатил глаза, и Евгений Борисович тихонько ткнул его в бок:
– Ну, не стесняйтесь, юноша, здесь все свои, посмотрите вокруг, вы среди друзей.
– Йес! – взвизгнула девица с дредами.
– Я хочу, – парень глубоко задышал, – я хочу… – его лицо налилось бордовой краской. Он метнул взгляд на свою девушку.
– Подумай пока, дружок, – под смех окружающих, Евгений Борисович хлопнул его по плечу и едва увернулся от незапланированных объятий бойкой поклонницы.
Разрумянившаяся красавица была одета в джинсовые шортики и красную блузку с огромным вырезом, по плечам мотались блондинистые пряди волос. Явно намереваясь поцеловать Евгения Борисовича, она вытянула губы трубочкой, и тот, избегая опасной ситуации, протянул ей микрофон:
– Ваше желание, девушка.
Микрофон усилил серию шумных вздохов, прерванных протяжным воплем откуда-то из глубины пышной груди:
– Богатого мужа.
– Девушка хочет богатого мужа! Мудрое желание, – поддав напору в голос, провозгласил Евгений Борисович. – Поддержим нового лидера!
– Йес, йес, йес! – зашлась в экстазе толпа.
В середине зала увлеченно целовалась молодая пара. Особняком держалось несколько пожилых дам, сбившихся в компанию. В руках они держали по бутылке с водой, и, когда он начинал говорить, дамы тянули бутылки в сторону звука – заряжали воду.
Краем глаза Евгений Борисович взглянул на Аглаю, которую в первый раз взял с собой в качестве ассистентки. Она слегка побледнела, но держалась бодро, напряженно глядя в зал, поверх людских голов. На медных прядях волос играли блики света.
Он залюбовался – хороша! Изысканная особа, не ширпотреб местного разлива, как вон та деваха с томной улыбкой и козьими глазами.
Собственно, отведенная Аглае роль сводилась к простому: «подай, принеси и подержи микрофон». Но главная цель: улыбаться, улыбаться и улыбаться.
– Твоя задача свести мужчин с ума, – внушал перед выходом на сцену Евгений Борисович. – Для женщин кумир – я, приманка для мужчин – ты. Нам надо заворожить, привязать их к себе, стать для них близкими, но недоступными. Все люди, что окажутся здесь сегодня, должны прийти и завтра, и послезавтра. Запомни, мы дарим им свободу и учим летать, освобождаем от зажатости.
Условленным сигналом Евгений Борисович дал знать, чтобы Аглая налила ему стакан воды, потому что от жары осип голос, и двинул назад к сцене. Десятки рук тянулись к нему, чтобы прикоснуться, десятки глаз ловили каждое его движение, в уши волнами били крики, которые он умел исторгать из толпы. В такие мгновения Евгений Борисович ощущал собственное могущество над человеческим материалом. Жалкие людишки, орущие и прыгающие по мановению его руки, вызывали у него насмешливое презрение.
Не доходя до края сцены, он в последний раз поднес к губам микрофон:
