Мысленно разговаривая с Варварой, Мария перебрала корзину с постельным бельем и ящик со старыми столовыми приборами. Ложки с вилками было решено отдать в социальную столовую, а истлевшее белье отнести на помойку. С охапкой белья Мария спустилась вниз ближе к полудню и на диване гостиной обнаружила Филиппа. Держа в руках планшет, он что-то быстро чертил пальцем на экране.
– Филипп? Ты откуда?
– Мама, – он встал, и Мария увидела, что у него усталый вид, – мама, я прилетел из Нью-Йорка и сразу поехал к вам с папой. – Филипп говорил спокойным тоном, но у Марии замерло сердце: вот оно, предчувствие, не обмануло! – Я хочу сообщить, что свадьбы не будет. Мы с Тессой расстались, и, наверное, мне уготована участь старого холостяка.
Открыв глаза, Аглая увидела над собой белый потолок, к которому была подвешена смешная игрушечная обезьянка. Вместе с потолком обезьянка раскачивалась из стороны в сторону, то опускаясь, то подпрыгивая на зеленой резинке. Довершали незнакомую картину мягкая подушка под головой и пушистый плед.
После секундного замешательства Аглая вспомнила, что находится в трейлере веселого поляка Войтека и едет к французской границе.
Войтек подобрал ее на трассе после двухчасового голосования. Неизвестно, как он ухитрился определить национальность, но, открыв дверцу машины, сказал по-русски:
– Привет, красавица!
Войтек – перегонщик. Он покупает по дешевке трейлеры для автомобильных путешествий и продает их в Польше и Чехии.
Разнеженное тело отказывалось двигаться. Чтобы определить, который час, Аглае пришлось перегнуть голову через поручень и посмотреть вниз, на стену над столиком из светлого пластика. Три часа. Наверное, дня, потому что светло. Хотя мозги шевелились с трудом, удалось высчитать, что спала она десять часов подряд. Ну ничего себе! Стукнувшись макушкой о потолок, Аглая резко села и, глядя на обезьянку, собрала в пук растрепанные волосы. Словно дразнясь, обезьянка покрутилась вокруг своей оси.
Симпатичная вещь – трейлер. Три спальных места: двухъярусная койка и диванчик. У окошка столик. За белой дверкой спрятан биотуалет. Но особенно сильное впечатление произвела крошечная кухня со встроенной плиткой и настоящей раковиной игрушечных размеров. Плеща водой в лицо, Аглая подумала, что если разбогатеет, то обязательно купит себе трейлер, получит права и будет раскатывать по миру, спасать несчастных автостопщиков. Кстати, у некоторых из них от солнца облезает кожа. Взглянув в зеркало, Аглая потерла пальцем кончик носа.
За несколько дней блужданий по Европе она похудела, и глаза казались особенно большими и зелеными.
Ужасно хотелось есть. Добрый Войтек оставил в кухонном ящичке пачку печенья и бутылку яблочного сока. Первую печеньку Аглая запихала в рот целиком, но потом устыдилась и стала отламывать по кусочку, наблюдая в окно, как трейлер катит мимо симпатичной деревеньки. Чистенькие домики с островерхими крышами теснились вплотную к трассе, разделенной полосатой лентой отбойника. В прозрачном воздухе акварельно вырисовывалась башня сельской церкви у старого кладбища. И хотя из-за низкой изгороди отчетливо виднелись замшелые могильные камни, само кладбище выглядело веселеньким и зеленым.
Потом дорога повела в гору, поросшую пирамидальными туями. На низком берегу у слияния двух рек шелестели листвой плакучие ивы. Стайкой проехали несколько велосипедистов в одинаковых желтых шлемах и красных шортах.
В магазинчике под полосатым тентом прямо на улице стояла корзина, из которой торчали длинные початки золотистых багетов.
Неужели это уже Франция?
Когда трейлер остановился на автозаправке, она выскочила из фургона и с удовольствием потянулась – все-таки приятно иметь над головой высокое небо!
– Войтек!
– Ау, – он не торопясь спустился из кабины и потер рукой небритый подбородок. – Выспалась? Я уже думал, что ты не проснешься до самого вечера. Вот смеху-то было, если бы ты очнулась в магазине подержанных автокаров.
– А что, уже скоро конец пути?
– Да не скоро, а конец, – сказал Войтек. – Вот сейчас заправлюсь и сверну к ангару. Приехали.
Аглая покрутила головой по сторонам и зачем-то привстала на цыпочки, хотя перед глазами был лишь павильон автозаправки и низкая крыша «Бургер Кинга». Она спросила:
– Где мы?
Вставив шлаг в бензобак, Войтек пожал плечами:
– Почти в Париже. Ты здесь раньше была? У тебя есть где ночевать?
От беспокойства в его голосе Аглае стало стыдно, что она перевешивает свои проблемы на других. Она достала из-за обложки паспорта визитную карточку Варвары Юрьевны и протянула Войтеку:
– Вот, посмотри, у меня есть дом, где меня ждут.
Она специально повторила слова Варвары Юрьевны, потому что эта фраза так прочно сидела в мозгу, словно была вшита в его подкорку.
– О, это почти рядом! – большой палец Войтека ткнул в левом направлении, куда-то «за Бургер Кинг». – Километров пятьдесят отсюда.
