Дом на самом деле скорее напоминает маленький замок из гладкого черного камня. У него множество узких высоких окон, сквозь которые видны блики, как будто внутри покрытая рябью вода. Перед высокими, гладкими, словно сделанными из черного непрозрачного стекла дверьми площадка, огороженная колоннами, а вниз уходит два десятка ступеней, настолько отполированных и чистых, что они отбрасывают солнечных зайчиков на стены замка.
— Да сколько можно! Шевелись же, времени в обрез! — кричит Нимея, наконец обращаясь человеком. Теперь она сидит на площадке у двери, прислонившись спиной к стене, положив руки на согнутые колени, и требовательно смотрит Хардину в глаза. Из-за этой укоризны в ее взгляде Фандер сам себе кажется безумцем, но в крови кипят адреналин и магия времени, которые кружат ему голову.
— У меня же есть все время мира, забыла? — улыбается он, поднимаясь по ступеням, и оглядывается по сторонам.
Дом грозы стоит на площади, от которой лучами отходят улицы, не меньше полудюжины. И на каждой из них по обе стороны одинаковые черные домики. Фандер запрокидывает голову, наслаждаясь видом величественного строения. Теперь ему кажется, что Дом грозы сделан не из мрамора, а из черного стекла, разрисованного тончайшими золотыми узорами.
— Как быстро ты снова стал самодовольным придурком, я поражена. Ты брата-то спасать идешь?
— А я не могу.
— Что?
— Часы над твоей головой, видишь?
Нимея запрокидывает голову, потом разворачивается и смотрит на каменный циферблат над дверями, на нем единственная стрелка. Приглядевшись, она понимает, что это не стрелка, а граница между светом и тенью. Над часами выбиты буквы на неизвестном языке.
— Там какая-то чепуха, я не знаю этого языка, да, может, там вовсе и не написано ничего полезного, но вроде бы можно войти, когда стрелка опустится вниз. По крайней мере, я в этом почти уверен, или когда исчезнет… не знаю. Нужно было учить и имбаргский тоже. — Он подходит к двери и проводит по ней руками. — Даже ручки нет, чтобы открыть. И тут нет замка, в который можно было бы вставить ключ, значит, нужно ждать. Видимо, до полудня, когда соединятся свет и тень, — произносит он, глядя на границу света.
— Может, просто толкнешь хорошенько дверь и войдешь? Или найдешь какого-нибудь сотрудника этого вашего Дома грозы, или сходи к тому мужичку на пропускном пункте. С чего ты взял, что это так работает?
— Знаю, и все.
Он садится рядом с Нимеей и берет ее за руку, а потом оба с облегчением выдыхают. Дошли. И скоро все закончится. Осталось немного подождать.
— Я запутался, — улыбается Фандер, сжимая ее пальцы. — Почему это я самодовольный придурок?
— Я, наверное, эгоистка, которая хочет, чтобы ты в ней нуждался… но в то же время понимает, что счастливый человек — это свободный от нужды в чем-либо человек. А сейчас ты весь такой одухотворенный и счастливый маг времени, что я тебе точно больше не нужна, так что я, пожалуй, работаю на опережение. Ты найдешь себе новую стаю, новый дом, станешь героем и превратишься в самодовольного придурка. Видишь… я тоже своего рода маг времени.
— Ты что, думаешь, что не смогла бы любить кого-то не жалкого? Это твой фетиш?
Нимея краснеет до корней волос и задыхается, но возмутиться Фандер ей не позволяет и говорит дальше:
— В тумане мне казалось, что ты смеешься надо мной и говоришь, что между нами ничего нет, а я вроде как жалкий.
— Ты не жалкий. Ты крутой. Маг земли, времени. Весь такой перевоплотившийся, повзрослевший. Это я еще в начале пути. Смотри-ка, поужинала с Теран и не убила ее. Приглашу-ка ее на следующей неделе в спа, как тебе такое?
— Не переборщи, — смеется Фандер. — Я не найду себе никакую другую стаю, моя стая — это ты. Пока ты этого хочешь, неужели ты не поняла? Напоминай мне почаще, какой я крутой, и…
Нимея протягивает руку и касается его щеки. Легко качает головой:
— Тебе не нужна какая-то девчонка, чтобы помнить, кто ты. Выбрось эту дурь из своей башки.
— Ладно.
Нимея смотрит по сторонам, с интересом разглядывает прохожих, улицы и дома.
— Ты… наверное, хотел бы тут жить?
— Это было бы здорово, — усмехается он. — Уверен, что здорово.
Она кивает. От разочарования в ее взгляде сердце Фандера восторженно подпрыгивает.
— Эй…
— Потом поговорим, — зажмурившись, шепчет Нимея. — Опять обострение чертовой болезни этой… Ну, помнишь, увеличенное сердце, больно дышать. Черт, нужно навестить врача в Траминере. Еще и паника какая-то… Или злость. Есть такой симптом, как приступ злости?
На губах Фандера появляется улыбка, его взгляд прикован к часам, а взгляд Нимеи к нему. Он чувствует щекотку в тех местах, что она изучает.
— Здесь было бы здорово жить. Но это точно не мой дом.
Нимея поджимает губы, а потом виснет у Фандера на шее и отчетливо всхлипывает.