Дом яростных крыльев (ЛП) полностью

— Я приказал капитану Даргенто… — начинает мой дед, но Данте перебивает его.

— Я уже здесь, Росси. И я её отвезу.

Юстус смыкает губы и расстояние между ними теперь не шире, чем шов между золотыми мозаичными плитками. Он смотрит на Данте, после чего переводит взгляд на капитана, который стоит по стойке смирно вместе с остальными стражниками в тронном зале.

— Хорошо, Альтецца.

Сапоги Юстуса скрипят, когда он разворачивается.

— Я провожу капитана до его лодки и подготовлю вашу, Маэцца.

Глаза Юстуса Росси ловят мой взгляд.

Я ожидаю, что он попрощается.

Или кивнёт.

Но я ничего от него не получаю.

И почему я всё ещё чего-то ожидаю от этого мужчины?

Не говоря ни слова, он выходит в ослепительную голубизну, простирающуюся за чрезмерно огромными золотыми дверями тронного зала, Сильвиус следует за ним.

Марко приподнимает руку и кладет её на плечо своему брату.

— Исолакуори твой в моё отсутствие.

Ткань под его рукой сминается.

— Постарайся его не разрушить.

— Я очень постараюсь, Марко.

Тупое лезвие ножа смогло бы сейчас разрезать стену напряжения между двумя братьями.

Марко улыбается, но это совсем не похоже на улыбку.

— Ты, кажется, слишком рад этому поручению.

— Если ты хочешь, чтобы я остался в бараках, и чтобы твои владения охраняли стражники…

— Я тебе доверяю.

Марко переводит взгляд на меня, сообщая мне о том, что его доверие на меня не распространяется.

— Вы собираетесь остаться на Исолакуори в моё отсутствие, синьорина Росси?

— У меня работа и семья, так что — нет.

Его скользкая улыбка растягивается, точно масляное пятно.

— Какая ответственная девушка.

— Могу я кое-что у вас спросить перед вашим уходом?

— Можешь.

— Если я соглашусь попробовать приручить змеев, и мне каким-то образом это удастся, вы можете отдать мне блюдо в форме птицы?

Радужки его глаз сияют в свете гротескной люстры.

— Приручи змеев, и мы обсудим твоё вознаграждение.

Это значит, что он подумает о том, чтобы с ним расстаться?

Он кивает на вход в трофейную комнату.

— Мне бы не хотелось, чтобы вы заставляли ждать клиентов вашего борделя, синьорина Росси.

Моя спина напрягается, когда я понимаю, на что он намекает.

Не говоря уже о том, что мне очень-очень не нравится, когда он называет «Кубышку» борделем. Это далеко не только бордель.

— Мне стоит передать привет Джиане? Я слышала, что вы когда-то были друзьями.

— Я не знаю, о какой Джиане вы говорите, но можете передать от меня привет кому пожелаете, если это сделает их день лучше.

Ого.

— Я приму вас после моего возвращения на следующей неделе.

Он разворачивается, словно искрящийся вихрь, и направляется вперёд. Два вооруженных стражника шагают впереди него, и ещё двое следуют за ним.

— Стража, потушите свечи и заприте двери.

— Альтецца, синьорина.

Солдат с серебристыми глазами и длинными каштановыми волосами, забранными в хвост, взмахивает рукой, приглашая нас на выход.

Я бросаю взгляд на миску. Меня подмывает протянуть руку и стащить её, но красть ворона на глазах у принца и целого полка вооруженных фейри — определенно не очень умно.

Данте нежно сжимает мой локоть, и я иду вперёд.

Стражник-фейри проводит рукой в воздухе и задувает королевский огонь, а вместе с ним и мои перспективы что-либо предпринять.

ГЛАВА 31

Мы с Данте не разговариваем по пути к понтону. И только когда мы садимся на военную гондолу и отплываем от пристани, полностью сделанной из золота, он нарушает тревожную тишину.

— Зачем?

Он пристально смотрит на беспокойный океан и тёмный пролив, в котором обитают змеи.

— Зачем что?

— Зачем ты рисковала жизнью ради змея? Этот поступок не только делает тебя неуравновешенной, но и предателем.

Я откидываюсь назад на лакированной скамье, на которой мы сидим вместе с Данте, и мои глаза округляются одновременно с губами.

— Ч-что?

— Одно дело случайно упасть в канал и выжить. А другое — прыгнуть туда.

Его кадык медленно поднимается в горле, а затем ещё более медленно опускается.

— Как думаешь, как бы Марко отреагировал на то, если бы я поехал в Шаббе и присягнул их королеве?

Раздражение постепенно вытесняет мой шок.

— Защитить змея и присягнуть другому монарху — не одно и то же.

— В глазах Марко змеи такие же недостойные создания, что и жители Шаббе.

— Ты сравниваешь людей с животными.

— И это говорит девушка, которая считает, что они равны.

Я смыкаю губы, перевожу взгляд на горизонт и замечаю в волнах извивающуюся форму. К счастью, чешуя сверкает оранжевым, а не розовым цветом. Я не хочу, чтобы Минимус оказался рядом с лодкой, заполненной могущественными фейри.

После долгой паузы, я говорю:

— Почему мой поступок должен как-то отразиться на тебе?

— Потому что я за тебя заступился, Фэл.

Он отрывает мою руку от складок моего платья и помещает между своими тёплыми ладонями.

— Потому что я хочу и дальше за тебя заступаться, но я не могу всё время это делать, если ты будешь намеренно попадать в подобные ситуации.

Я пытаюсь высвободить руку, но он крепко её держит.

— Я никогда не просила тебя выбирать чью-то сторону.

Ветер усиливается, когда мы достигаем середины канала, и начинает развевать мои волосы.