Я сочла за лучшее удалиться, пока чего доброго незнакомец не вернул книгу обратно библиотекарю или хуже того не перевернул ее и не увидел мое фото на обложке.
Взяв книгу, он направился к двери, украдкой снова оглянувшись на меня. Видимо, счел мое поведение странным, а, может, я просто ему понравилась.
17
"И правда, не совсем фэнтези, но очень здорово", - получила я через пару дней сообщение в соцсетях. Писал тот самый ярый поклонник фэнтази. Он оказался довольно интересным молодым человеком с тонким чувством юмора. Звали его Андрей.
В общем, с первых слов я уже знала, что он предложит мне увидеться, и что я, пожалуй, соглашусь.
Мы договорились встретиться на первом этаже супермаркета, но я почему-то поднялась на четвертый. В этом не было совершенно никакой логики, кроме того факта, что здесь повсюду, как зонтики, торчат из горшков спацифилумы.
Под один из них, огромный, как в августе лопух, я и забралась, едва не сломав его, и хотела было звонить Андрею, как вдруг услышала "Привет".
Да, видимо, у нас, любителей фэнтази, похожая логика, но нет, не совсем.
- Я сейчас! - метнулся он вниз к эскалатару и через минуту поднимался на нем снова с букетом длинных белых роз.
Теперь я оказалась со всех сторон в белых цветах и была весьма довольна этим обстоятельством.
Незнакомец был тоже доволен, что мы встретились, пусть и не там и не в то время, где договаривались.
- Какой-то я рассеянный сегодня, - виновато улыбнулся он.
- Наверное, вы творческая личность. Они часто рассеянны, - осторожно предположила я.
- Нет, я совсем не творческий, к сожалению, человек. Обычный спасатель.
- Спасатель? - обрадовалась я. Теперь мне было кого предъявить Владу и Лене.
Он был не лыс, худоват, но тоже очень симпатичный. Хорошо, я не описывала друзьям Сашу в деталях. Андрей, пожалуй, даже симпатичнее, с темно-русым ершиком волос и забавными, островатыми, как у эльфа, ушами. Они мне почему-то понравились в нем больше всего. И еще голос, веселый и чуть извиняющийся одновременно. Мне даже не хочется давать какую-то оценку его тембру - высокий или низкий, почему-то в этом случае важна была не окраска, а именно интонация.
- Спасатель - это просто замечательно. А нет ли у вас случайно дочери?
- Нет, я не был женат.
- Жаль, - расстроилась я.
-Что? - не понял Андрей.
- Так, ничего, - я решила не расстраиваться по пустякам, наверняка, Влад и Лена уже забыли нюансы. Главное, спасатель, симпатичный и не творческий. Хотя Саша оказался очень даже творческой личностью, а теперь он уже не только спасатель, но и с легкой Лениной руки поэт Александр Кроу.
- Вы знаете, - призналась я,- меня пригласили в гости, и дело в том, что мне надо там появиться с симпатичным спасателем где-то вашего возраста. Вы не согласитесь составить мне компанию? Понимаете... мне нужно срочно, лучше прямо сегодня, представить вас друзьям.
- Как это так "представить друзьям"? - не понял Андрей.
- Ну так... это довольно странно и трудно объяснить, возможно, я когда-нибудь и сделаю это, хотя, пожалуй, не стоит, ведь все уже позади.
- Тогда, и правда, не стоит, - легко согласился Андрей. - А твои друзья не могут подождать до завтра? Завтра к вашим услугам, а сегодня я обещал прийти в гости к тете.
- У нее День рождения?
- Нет, она ждет меня сегодня просто так.
- Ты так любишь свою тетю?
- Ты тоже полюбишь ее. Если хочешь, мы заглянем к тете, а потом поедем к твоим друзьям.
Мне было даже интересно узнать, что за тетя такая особенная у Андрея, что я должна непременно ее полюбить.
18
- Она живет на двенадцатом этаже, под звездами, можно сказать, - рассказывал Андрей о своей тете, пока мы ехали к ней на трамвае, - и еще обожает трамвайчики, говорит, без них город был бы не тот.
- Пожалуй, твоя тетя, и правда, мне понравится.
Я люблю необычных людей, особенно чудаков, особенно тех, кто сами себя с достоинством и дружелюбной улыбкой называют чудаками.
Лифт почему-то не работал, такое случается с лифтами, и нам с Андреем ничего не оставалось кроме как подниматься пешком по ступеням.
На каждой лестничной площадке помимо дверей квартир была еще одна, покрытая зеленой краской.
К ней хотелось прикоснуться и открыть.
"Ничего интересного, подсобное помещение", - останавливала мысль, более надежная от любопытства, чем самый прочный замок.
На седьмом этаже зеленая дверь была полуоткрыта, и я толкнула ее, и мы с Андреем оказались на просторном балконе.
Внизу, как каменное море, постирался город, пробуждая желание подобраться поближе к облакам.
Забыв про усталость, я не заметила, как оказалась на двенадцатом этаже.
Сердце сжалось на секунду - вдруг закрыта заветная дверь - правила безопасности и все такое. Но нет, к счастью, она легко поддалась.
Ракурс меняет все, превращает повседневность в волшебство, равно как и иногда наоборот. Почему-то именно здесь, на открытой площадке двенадцатого этажа дома, стоящего на возвышенности и чуть в отдалении от других домов, открывалось, что город - это море, территория каменных волн, а церкви - корабли, которым нипочем девятый вал.
19
