Настоятельница на какое-то время задумалась, глядя в пространство и явно просчитывая какие-то варианты. Я прекрасно знал такую категорию людей, тех, для кого в первую очередь существовали свои интересы – как личные, так и тех, за кого они отвечали, – а уже потом всё остальное. Я и сам во многом был именно таким, так что матушку Неллину понимал прекрасно. Она сейчас лихорадочно искала вариант, который максимально обезопасил бы Ирманскую обитель и при этом не ухудшил общую ситуацию.
– Скажите, матушка Неллина, – обратился я к настоятельнице, решив, что размышления – это, конечно, прекрасно, но мне ещё топать и топать до столицы. – Кто такой Сеол? То, что он Слуга Ветра и принадлежит к Ушедшим, я в курсе. Но кто он на самом деле?
– Он из тех магов, что издавна, поколениями служили стихиям, – спокойно ответила она, – как правило, Ушедшие не вмешивались в дела людей, у них было достаточно своих забот, недоступных простым смертным. Полагаю, Сеол отправился с тобой, так как с приходом в наш мир Тревора нарушилось установившееся тысячелетия назад равновесие.
– И он решил тоже поучаствовать в процессе?
– Скорее, своими глазами посмотреть на того, кто осмелился вмешаться в жизнь другого мира, посягнуть на его магию, – поправила меня настоятельница. – Ушедшие могут многое, никто не знает истинных пределов их сил.
– И такой сильный маг позволил застать себя врасплох? – озвучил я момент, с самого начала вызывавший моё недоумение.
– Значит, ему нужно было проникнуть на территорию того, кто взял себе имя Владыки Севера, причём сделать это именно так, – пожала плечами матушка Неллина. – Но давай вернёмся к тебе, Каспер. Ты должен передать письмо, если я правильно тебя поняла?
– Именно так я и сказал, – я устало прикрыл глаза.
– И кому же?
– Неужели не догадались? – я с насмешкой взглянул на настоятельницу. – Ни за что не поверю, матушка Неллина. Вы наверняка давно сложили все данные и прекрасно поняли, к кому отправил меня тот, кого вы называете Тревором.
– Император, – кивнула монахиня, – круг замыкается, действующие лица постепенно выходят из тени.
– Да, я должен передать письмо Максимилиану, – кивнул я, – и ладно бы только передать… Я должен дождаться ответа и принести его Владыке.
– Максимилиан попытается убить тебя, ты ведь не можешь этого не понимать, – остро взглянула на меня настоятельница. – Просчитать такое развитие событий не сложно.
– Наверняка, – спорить с очевидным не имело смысла. – Поэтому мне нужна ваша помощь…
– Чем же я, скромная служанка Безмолвной, могу тебе помочь? – в голосе матушки Неллины слышалось только удивление, хотя я мог поклясться чем угодно, что она прекрасно понимает, в чём будет состоять моя просьба.
– Мне необходимо заручиться поддержкой моей второй половины, я не сомневаюсь, что вы прекрасно знаете, о чём я говорю, – я отбросил осторожность, так как в данной конкретной ситуации она могла только помешать.
– Знаю, – не стала спорить настоятельница, – я знаю, кто твой отец, Каспер, причём знаю с самого начала, как только твоя мать приехала в обитель.
– Тогда, может быть, вы знаете и то, как мне сделать то, о чём я говорю?
– Нет, к сожалению, тут я тебе не помощница, – с искренним, как мне показалось, сочувствием ответила матушка Неллина. – Но я знаю того, кто понимает в этих вопросах больше меня. Я поговорю, и, возможно, он захочет и сможет тебе помочь.
– Буду благодарен, – очень серьёзно сказал я. – Когда вы сможете это сделать?
– Сегодня, – решительно заявила женщина, – ты как раз успеешь отдохнуть, Каспер. Скажи, сколько Тревор дал тебе времени на выполнение этого задания?
– Сначала он хотел, чтобы я обернулся как можно быстрее, а потом передумал и дал мне год.
– С чего бы такая уступчивость? – нахмурилась настоятельница.
– Он сказал, что мне может понадобиться время, но, как вы понимаете, не стал объяснять, зачем и почему.
– Ну что же, – матушка Неллина вздохнула, – хоть какая-то хорошая новость. Год – это, с одной стороны, достаточно много, а с другой – невероятно, ужасающе мало. Ладно, Каспер, ступай в свою комнату и отдохни. Никто не знает, как повернётся твоя судьба в ближайшие дни, поэтому пользуйся возможностью.
– Благодарю, – я поднялся из кресла и уже через несколько минут добрался до ставших почти родными апартаментов.
Когда я, смыв с себя пыль и пот, вернулся в комнату, завёрнутый лишь в большое полотенце, то увидел, что моя грязная одежда приведена в порядок, вычищена и отглажена. Видимо, пока я наслаждался тёплой водой, кто-то из монахинь позаботился обо мне, не дожидаясь просьб. Это неожиданно вызвало волну благодарности, потому что я уже даже не помнил, когда кто-то делал для меня что-нибудь просто так. Разве что Лиз… А вот о ней мне думать совершенно не хотелось, потому что я до сих пор не понимал, как мне к ней относиться.
