Гэвин говорит Дэлайле, что он ее – полностью – но все в этом Доме с ним не согласно. После семи лет затворничества в школе-интернате на Восточном побережье Дэлайла Блу возвращается в свой маленький городок в Канзасе, где почти ничего не изменилось. Родители все так же консервативны и ко всему безразличны, ее спальня выглядит так же, как и в день отъезда, а изгой Гэвин Тимоти по-прежнему выглядит так, будто выполз из своих темных и помятых рисунков. Это в мгновение ока поражает Дэлайлу. Гэвин всегда жил в странном доме: старое здание на отшибе, окруженное множеством деревьев, в том месте, где город сдает свои права зарослям. Дом неодолимо притягивает Дэлайлу, и не зря вокруг него высокий забор, а Гэвин призывает Дэлайлу быть осторожной. А все то нечеловеческое, что живет там с ним, не остановится перед тем, чтобы ей навредить, лишь бы прогнать подальше.
«Дом»
Кристина Лорен
Аннотация:
Глава первая
Она
Там, где мальчики, всегда грязно.
Как только Дэлайла поймала себя на этой мысли, то моментально
возненавидела, потому что именно так мыслит ее мать. Девушки были ничуть
не чище после тренировок: потные, липкие, с потекшим макияжем и с
разнообразием запахов из раздевалки. Все в государственной средней школе
казалось обернутым мутной пленкой – вереница шкафчиков, пол, стены и окна.
Это был первый день после окончания зимы, и Дэлайла предположила, что
после каникул все должно быть хорошо отмыто, но, судя по всему, витавшая в
воздухе смесь подростковых гормонов въелась в каждую поверхность.
Ученики толкали ее, хлопали дверцами шкафчиков возле ее головы, а она
изо всех сил старалась не втягиваться в школьный хаос. Дэлайла посмотрела на
листок бумаги, который сжимала в руке. Прежде чем этим утром она успела
одеться и позавтракать, ее мать начала записывать для нее самую важную
информацию: номер шкафчика, его код, класс, расписание и имена
преподавателей.
– Стоило нарисовать тебе карту, – сказала Белинда Блу, и от
соприкосновения с бумагой скрипнул маркер. Дэлайла отвернулась и
посмотрела на ровные полосы на ковре, оставленные пылесосом, вежливо
помахав пришедшему на кухню отцу. Он был одет, как обычно: золотисто-
коричневые брюки, белая рубашка с коротким рукавом и красный галстук. Даже
если сегодня он и не пойдет на работу или на собеседование, к его внешнему
виду невозможно придраться. Она тоже была одета в не менее комфортную
одежду, которая напоминала форму частной школы, будто у нее не было
свободы выбора носить, что хочется.
– Мам, здесь только два основных здания. Я справлюсь. В Святом
Бенедикте было семь.
Старшая школа в Мортон Сити была меньше Академии Святого Бенедикта
почти во всем, начиная от размера классов и количества зданий, заканчивая тем, что даже мозги здешних ученики казались меньше. В то время как – возможно, это было неожиданно – в своей прекрасной католической школе она успела
развить ум и живое воображение. В ее маленьком городе в штате Канзас у нее
был бы только один способ мыслить и тенденция фокусироваться на норме, игнорируя остальное в надежде, что оно решится само собой.
В конце концов, именно это и случилось с Дэлайлой шесть лет назад.
Родители терпели ее странности, обмениваясь раздраженными взглядами и
недовольными вздохами, но потом при первой подвернувшейся возможности
отправили ее в Массачусетс.
– Но ведь ты привыкла к спокойствию. Эта школа очень большая и
Дэлайла улыбнулась. Когда мама говорила «шумная», она имела ввиду
«полная мальчиков».
– Почти уверена, что выберусь живой.
Ее мать одарила Дэлайлу взглядом, который она видела бесчисленное
множество раз на зимних каникулах и который говорил:
