Он почти боком вышел из-за стола и скользнул в гостиную. Эстер вздохнула, это могло означать что угодно, и покатила коляску дальше по коридору. Когда-то родители жили наверху, но после того, как отец перестал ходить, они перебрались в комнату на первом этаже. На лестнице, конечно, был специальный пандус для коляски, но отец поднимался по нему крайне редко. Как и мать, так что второй этаж всегда был в распоряжении детей.
Нейтан и Тейлор доели в молчании. Она вызвалась помыть посуду, он ей помогал.
В конце коридора горел свет, видимо, родители еще не легли, но и не выходили. В гостиной было темно, и Нейтан не знал, ушел ли брат к себе или остался там. Они же пошли к себе.
— Понимаю, почему ты не хотел знакомить со своей семьей, — сказала Тейлор.
Она сидела на кровати и, перекинув темные волосы на бок, заплетала в аккуратную косу на ночь. Локоны вились после строгого пучка весь день и постоянно выбивались.
Тейлор повернулась, так что половину ее лица освещал мягкий свет от напольной лампы с тканевым абажуром. Нейтан вышел из ванной, в одних брюках, на груди еще не высохли капли воды.
— Они… своеобразные, — хмыкнул Нейтан.
Он присел на постель и коснулся губами обнаженного плеча Тейлор. Не смог удержаться, она казалась такой привлекательной, ее кожа привычно пахла лавандой после геля для душа. Тейлор всегда невысказанно обещала покой — и даровала его. В отличие от настоящего «дома», который нес с собой смутную тревогу. Как тени, видимые уголками глаз. Пролетевший мотылек, случайно коснувшийся затылка.
Нейтан эгоистично радовался, что Тейлор поехала вместе с ним. Она словно была островком чего-то разумного, делала всё вокруг реальным и наполненным смыслом. Без нее Нейтан сам бы тихонько сошел с ума в этом доме.
И всё-таки он не хотел, чтобы она оставалась здесь только из-за него. Это несправедливо.
Нейтан вскинул голову:
— Ты уверена, что хочешь остаться? Давай завтра вечером отвезу в Лондон, как и собирались.
— Не терпится от меня избавиться? — шутливо фыркнула Тейлор.
— Ты знаешь, что нет. Но это… дурное место.
— Всё в порядке.
Закончив с косой, Тейлор быстро навязала резинку и повернулась к Нейтану. Ее лицо было настолько близко, что он ощущал мятный запах ее зубной пасты.
— Ты молодец, — искренне сказала Тейлор, — что не бросишь брата одного. Он чем-то напоминает тех подростков, которых я видела в реабилитационных центрах, такой же потерянный. И тебя напоминает, когда мы только познакомились. Но ты не боялся, а он — боится. Этот страх настолько въелся, что он его даже не замечает. Он бы здесь совсем потерялся за неделю. А ты — его старший брат. Весомый ориентир.
Нейтан усмехнулся:
— Вряд ли я ему нужен.
— Он любит тебя, Нейт. Просто не знает, как об этом сказать. Как и ты. Познакомившись с вашей матерью, я не удивлена.
Нейтан опустил глаза, ощущая себя смущенным. Он прекрасно знал, что и правда не умеет выражать эмоции, не понимает, как выплескивать их в окружающий мир. Может, поэтому он и начал писать: так оказалось куда проще говорить о важном.
Он не подумал, что Лин может быть таким же. Он более юный, еще не выросший до конца подросток, которому проще всего демонстрировать миру злость.
К тому же, Нейтан действительно бросил его здесь. Лин имеет право злиться. И не понимать, о чем думал Нейтан. Как стремился скорее сбежать, расправить крылья, сбросив с них тельца мертвых мотыльков. Как был уверен, что любимчику матери тут точно лучше, чем ему.
Ладонь Тейлор легла на щеку Нейтана. Она подняла его голову и мягко коснулась губами его губ. Отстранилась:
— Рано еще спать. Расскажешь о Брендоне?
— Как он умер? — голос Нейтана дрогнул. Он думал об этом. Размышлял, что могло заставить жизнерадостного кузена захотеть умереть — и правда ли это было его собственным желанием.
— Если хочешь, Нейт. Но я думала, ты расскажешь о том, каким он был при жизни. Как вы здесь жили раньше?
— Привет, незнакомец!
Брендон стоит, сунув руки в карманы, покачивается с носка на пятку. Его глаза смотрят насмешливо из-под нависшей челки, которую он вздумал отращивать. Говорит, это модно.
Брендону тринадцать, как и Нейтану. Но сегодня именно Брендон чувствует себя хозяином положения, тем, кто руководит их маленькой компанией и снисходит до остальных.
— Это там? — спрашивает Нейтан, нетерпеливо смотря за спину кузена. Искрится в летних лучах ручей, через который перекинуто дерево. Два дня назад прошла сильная гроза, многие деревья повалились, и тут наконец-то появился долгожданный мостик. Его нашел Брендон.
— Ага, — довольно отвечает он. — Пошли!
— Мы не упадем? — спрашивает Лин.
Ему всего шесть, он цепляется за ладонь Нейтана и смотрит на бревно с любопытством.
— А ты трусишь? — хмыкнул Брендон. — У нас наконец-то будет короткая дорога к озеру!
Лин вскидывает подбородок, показывая, что ничуть не боится. Нейтана волнует другое. Брендон ушел из дома сразу после завтрака, заявив, что будет ждать братьев на месте. Он не знает новости.
— Твоя мама приехала, — говорит Нейтан.
