Я как мы и договаривались, громко и отчетливо ответил:
— Да!
— Ознакомлен ли ты с тем что грозит нарушителям законов и правил, утвержденных в доме?
Я так же громко и отчетливо гаркнул:
— Да!
— Обязуешься ли ты Алекс, пред лицом совета соблюдать все предписанные правила подзаконных уровней?
И в третий раз я громко и коротко выдал:
— Да!
— Ну что ж, — подвел черту под всем выше сказанным Приторий, — теперь ты стал свободным гражданином, с полными правами, но и столь же полной ответственностью! Еще раз поздравляем тебя!
После чего, вновь раздались аплодисменты и отдельные выкрики.
— Поздравляем!! Привет новому гражданину! Поздравляем!!
Но вот благостный галдеж понемногу стих, и один за другим многоуважаемые главы совета, принялись «не отходя от кассы», охмурять разгоряченного радостными восклицаниями и торжественной встречей новорожденного.
Первым, как не странно, поднялся чему-то сладко улыбающийся Они Гераскас. Он подошел слегка пошатываясь к возвышению для оратора, и начал сипловатым голосом:
— Мы рады приветствовать тебя дорогой новорожденный… — говорил он долго и путано, но главное я понял сразу. Этот, явно пребывающий под каким-то воздействием верховный, весьма прозрачно намекал мне, что я буду вовек должен его партии за столь высокую честь, быть признанным гражданином, и как следствие, я обязан присутствовать на встречах которые якобы помогут мне лучше ориентироваться в политическом устройстве дома. Свой монолог он закончил такими словами:
— Ну что новорожденный Алекс, ты готов, в знак благодарности за оказанное тебе доверие, стать активистом нашей группы? — затем выжидательно уставившись на меня своими мутными глазенками, добавил: — Мы будем твоими лучшими друзьями.
Я, как и сказано было мне Приторием, поднялся, и коротко поблагодарив, ответил, что обязательно подумаю над столь соблазнительным предложением. В ответ, Они, скривив кислую мину, покачал головой, и покосившись недовольно на Притория, вернулся к своему креслу.
Следующим попытал счастье, представитель партии зеленых — Сергей Ершевских. Он так же долго и пространно разглагольствовал на тему окружающей среды, которая находится в страшной опасности, и что я должен как дань всей экосистеме дома, стать волонтером при контрольной комиссии зеленых. И что это-де, великая честь для новичка. И сулит мне многие, весьма и весьма радужные перспективы. И прочее и прочее.
В общем, когда этот верховный, глядя мне в глаза, невинным голоском задал совершенно конкретный вопрос:
— Готов ли ты Алекс оценить столь высокую честь, оказанную тебе нашей партией?
Я окончательно убедился, Приторий действительно, отлично владеет ситуацией. Ведь если бы не его наставления, то не ожидающий подвоха рожденный, находясь под влиянием всего этого блеска, мог бы легко наобещать тут всего что угодно, и жизнь отдать за всех этих (милых) товарищей. Но увы, и тут не вышло. Я просто вежливо поблагодарил, пообещав подумать на досуге над столь соблазнительными перспективами.
Речь остальных представителей совета, отличалась лишь уровнем пафоса и степенью наглости. Лишь одна Злата Счастливая, наверное, уже понявшая всю тщетность попыток предыдущих ораторов, просто коротко поздравила меня с официальным подтверждением полноценности и принятием гражданства. После чего недвусмысленно дала понять, что новорожденного Алекса всегда будут рады видеть у себя в гостях жрицы свободной любви. На что я вполне искренне пообещал заглянуть на очередной девичник к этой красавице, которая все время улыбалась мне так многообещающе, что я, впервые столкнувшись с таким необычным воздействием, вынужден был отводить взгляд.
«Ну и флюиды, или чего это там у нее за чары такие? — подумал я, когда бело-розовая нимфа, окончив свой короткий монолог, грациозно прошествовала к своему креслу, — видно не зря эта дива тут заправляет! Наверное, при таком преподавателе, любая из этих свободолюбивых Нимф, играючи может соблазнить хоть самого крепкого и неприступного мужчину! Интересно, а я как, сильно неприступный?»
Тут, поднявшийся вновь со своего места Приторий, объявил о закрытии заседания, и не успел я встать, как поваливший сверху народ в цветастых костюмчиках, окружил меня со всех сторон.
Отовсюду слышались поздравления. Мне жали руки, хлопали по плечам. Улыбались. А одна из Дарьиных затейниц, неожиданно повисла у меня на шее, страстно вцепившись острыми зубками мне в ухо. Я с перепугу, совершенно не ожидая подобного, едва не отшлепал тут же по известному месту, эту горячую малолетку. Но довольный смех ее подружек, обступивших нас, напомнил мне недавние слова моей помощницы — Шерри: «Эти жители, совсем потеряли человеческий облик, Поставив похоть в центр своего мироздания».
«Да уж, поставили. Я прям испугался за свое достоинство! Уж больно как-то, прямолинейно действуют эти необузданные Нимфы».
Но я зря беспокоился. Мне на выручку пришел координатор совета. Он легко растолкал собравшихся, и ухватив меня за руку, потащил к выходу.
