После всех поздравлений и дружеских объятий. После довольных Наташиных возгласов. А она не удержалась-таки, и раскрыв одну из четырех ярких коробок с сервизом, извлекла на свет великолепно оформленные, очень дорого выглядевшие тарелки, блюда и прочие салатницы. После короткой экскурсии по новой квартире, новоиспеченные хозяева пригласили нас за стол. Здесь конечно звучали длинные тосты и различные пожелания. Наталья Сергеевна растрогавшись до слез, напоминала детям, как важно ценить семейный очаг, и как нужно беречь его от всех злых ветров. А отец Наташи, простой русский мужик, прилетевший по такому случаю из Берлина, грозился забрать свою дочь обратно, если зять не будет каждое утро подавать ей кофе в постель. На что молодые весело припираясь со старшим поколением, отшучивались, намекая на весьма примечательный родительский пример, но при этом все же обещая быть паиньками. После великолепного десерта, мы наконец убрав лишнее со стола, под отлично сваренный кофе, долго беседовали на всевозможные темы, от деталей законченного наконец ремонта, до всяких там НЛО, бессмертия и прочих поисков смысла жизни.
Олег с Наташей, весь вечер радовали глаз своими довольными физиономиями. Да и мы с Катькой, (кстати, решившие осенью тоже пополнить ряды счастливых обладателей небольших золотых колечек, и фиолетового штампа в паспорте), были в отличном настроении. Радость дополняла и прекрасная погода за окном. Поэтому, после шумного застолья, мы всей немалой компанией вышли во двор под ясное звездное небо, дабы озарить его парочкой сотен новых рукотворных огней.
Салют тоже удался на славу. И огромный многоэтажный комплекс, почти целый час будоражили оглушительные хлопки, и озаряли яркие разноцветные вспышки. Поглядеть на это шоу вышли чуть ни все жители нового дома, и будто это у них сегодня праздник, радостно восклицали при каждом взрыве китайского фейерверка, рассыпающего в чистом летнем небе золотые, розовые, голубые и зеленые искры.
В общем вечер удался, и проводив наших молодоженов до двери, мы стали прощаться.
Нужно сказать, что в ту минуту, я словно предчувствуя что-то, долго обнимал своих друзей, хлопал по плечу Олега, желая им с Наташей всего самого наилучшего. Девочки наши расчувствовавшись, под конец даже прослезились, а когда я пожимая в последний раз крепкую мужскую ладонь, попросил:
— Олег. Не забывай меня пожалуйста!
Самый мой лучший друг на свете, лучший боец в области, победитель множества соревнований по восточным единоборствам, дважды мой спаситель, и отличный музыкант, заглянув мне в глаза сказал:
— Что бы ни случилось, Алекс. Я всегда буду помнить тебя! Ты стал мне роднее брата! — и тоже крепко обняв меня, а затем поцеловав в щечку мою Катьку, произнес знаменитую фразу: — Предлагаю дружить домами!
На что Наташа, как и полагалось, со смехом возразила:
— Пожалуй, лучше будем дружить семьями! Так?
Мы естественно с радостью приняли это предложение. И пожелав счастливым молодоженам приятной ночи, спустились в низ.
Здесь, во дворе, было пустынно и тихо. Немного постояв под звездами, мы неспешным прогулочным шагом направились домой. Олег с Наташей предлагали вызвать нам такси, пешком отсюда идти было довольно не близко, однако не сговариваясь, мы с Катькой решили все же прогуляться.
Ночь была великолепная. На небе виднелся тоненький серпик луны, а чистое, какое-то тропическое свечение и подмигивание ярких созвездий, просто завораживало.
Город спал. Редкие окна запозднившихся обывателей, одинокими маячками светились в бесконечной, уходящей за горизонт расческе притихших громадин. Освещаемых редкими фонарями, да столь же редкими, заплутавшими в ночи автомобилями.
Мы шли держась за руки, по пустым гулким тротуарам, и просто молчали, наслаждаясь тишиной, и непривычно свежим в нашем городе ночным воздухом.
«Да. Лето в этом году будет теплое. Можно было бы рвануть с Катькой куда-нибудь на природу. Пожить в лесу неделю другую. И Олежка приглашал не раз уже к ним на дачу съездить. Жаль, нет у меня, красивого белого коня, на которого я посадил бы мою принцессу, и умчал бы с ней в далекие дивные дали, лет эдак на тысячу. Скорее бы уже осень. Так хочется прижать к груди это милое создание. Не думая ни о чем. Как свою невесту. Как часть себя. Как единственное счастье».
Катя словно почувствовав такие мои мысли, прижалась ко мне, а я обняв ее за талию, спросил:
— Не замерзла, Котенок?
— Так, немножко, — задумчиво ответила она, и почему-то добавила: — странная тишина. Тебе ни кажется? Такое-ощущение, что мы с тобой одни в целом мире. Даже сердце бьется как-то странно. Словно я чего-то боюсь, а чего не знаю.
— Не бойся! Я тебя ни кому не отдам! Ты у меня самое большое сокровище!
«Эх! Знал бы я тогда!» Но не зря Милена просила меня: — «Алекс, не пытайся исправить здесь что-нибудь. Это увы, невозможно. Не береди зря сердце. Это всего лишь прошлое, изменить которое не под силу никому».
