– Я похож на всезнайку? – Никодемас чувствовал, что в их отношения стремительно вклинивается кто-то третий и, без сомнений, лишний. – Скорее всего, ревет в женском туалете.
– Пойдем к ней? – попросила Эмили.
– Ага, разбежался, – рассмеялся тот. – Что я забыл в уборной для
– Ну хоть проводи меня, – попросила она.
– Мне придется ждать за дверью, – протянул Никодемас. – До Оранжереи ты сама не доберешься, а если опоздаем – мадам Зверье слопает нас живьем.
– Пожалуйста! – Эмили не любила просить.
Препираться времени точно не было, и ребята поспешили к предполагаемому пристанищу «тюти-Би». Дверь бесшумно отворилась.
Каблучки стучали по кафельному полу. Ряд раковин белел по одну сторону, по другую располагались кабинки. Обнаружить Робин не составило труда: девочка так отчаянно шмыгала носом, что ее слышали даже в коридоре.
– Роби, это я, – голос отскакивал от стен.
– Эми! – заплаканная подружка выглянула из укрытия. – Что мне делать? Я боюсь идти к госпоже Нанс. На этот раз она меня точно не простит.
– Не переживай, – нужные слова пришли сами собой. – Если не скажешь, будет хуже. Я уверена.
– Ты добрая, как мама! – Робин бросилась Эмилии на шею.
– Би!
Она неуклюже похлопала подругу по спине. Крупные слезы катились из глаз бедняжки прямо на форменный бордовый жилет. Для Эмили это было что-то новое. Девочка просто не могла отстраниться. Жалость, тисками сдавившая грудь, не позволяла сделать этого.
Положение спас Никодемас. Мальчик громко постучал в дверь.
– Прости, мне правда пора, а то нас не пустят на урок, – виновато сообщила она.
– Да-да, я понимаю, – гнусавила Роби, растирая соленую воду по круглым щечкам.
– А ты немедленно иди к мадам Нанс, только умойся. Хорошо?
В дверь уже стучали ногами...
– Я так и сделаю, – припухшие губы дрожали.
Если бы не стук, Эмили не смогла бы, наверное, покинуть уборную. Но в коридоре ее ждал сюрприз... Мистер Кроу крепко держал Никодемаса за ухо:
– Вы что это делаете? – сурово спросил сторож-смотритель.
– Простите, сэр, – пролепетала девочка. – Он звал меня, чтоб мы не опоздали на урок.
– Это все равно не повод так дубасить в дверь, – отозвался мистер Кроу, но мальчика отпустил. – Идите, у вас времени совсем не остается.
Ребята со всех ног бросились к боковому выходу во двор.
– Не больно? – на бегу спросила Эмили.
Никодемас ничего не ответил, только прибавил ходу. Поворот, темный переход – и широкие двери, небрежно выкрашенные коричневой краской.
– Заперто. – Сердце провалилось в желудок.
– Рэклюдо! – крикнул друг и с силой пнул тяжелую створку.
Удивляться тоже времени не было. За порогом начинался парк – не такой ухоженный, как сад Варлоу, но, бесспорно, красивый, – а между деревьями угадывалось небольшое прозрачное здание.
Оранжерея казалась надувной. Окруженная зеленью, она выглядела островком лета! Как только ребята юркнули под стеклянный свод, откуда-то сверху пронзительно прозвучал сигнал.
– Как ты думаешь, мы успели? – робко поинтересовалась Эмили.
– Вполне, только не стойте тут столбами. – Вовсе не Никодемас ответил на вопрос.
– Простите, мадам, – девочка пропустила учительницу вперед.
Внутри Оранжерея оказалась еще привлекательнее, чем снаружи! По стенам вились диковинные растения, на посыпанных мелким гравием дорожках играли солнечные блики, пробивавшиеся сквозь зелень. Невероятные цветы и деревья создавали атмосферу сказочного леса. В конце дорожки расположились три ряда столов на обнесенном канатным заборчиком открытом пространстве в самом центре Оранжереи.
На стульчиках аккуратно висели фартучки и нарукавники. Последовав примеру одноклассников, Эмили облачилась в новый для нее наряд.
– Сегодня мы с вами посмотрим, что из себя представляет невидимый глазу Микромир, – восторженно объявила мадам Живье.
Здесь, в мягком свете, женщина не казалась больше вредной фурией. Скорее даже наоборот. Учительница вместе с сидящими на первых партах исчезла за кустами. Вернулись они очень быстро и принесли с собой приземистые приборы. Получив свой, девочка с интересом повертела его в руках:
– Тяжелый, – заметила она.
– Идеально подходит для забивания гвоздей, – не оборачиваясь, отозвалась мадам Живье, от соседних парт послышались приглушенные смешки.
– Это гиперглаз, – шепотом пояснил Никодемас. – Поставь, а то уронишь.
Только теперь Эмили разглядела странное подобие раковины, расположенное прямо в крышке стола (четко посередине), и крошечный краник над ним.
– Достаньте стаканчики и пипетки, – скомандовала учительница.
– Сбоку внизу шкафчик, – участливо добавил друг вполголоса.
Все приготовили необходимый инвентарь. В тишине, нарушаемой только тихим шелестом, голос Бэсс Живье звучал колоколом:
– Установите гиперглаз, зафиксировав ножки, – вещала она.
Откуда-то справа донесся стук. Женщина скосила недовольный взгляд в сторону источника звука:
– Мистер Боунс, вы там не гвозди забиваете? – язвительно осведомилась она. – Команды приступать еще не было.
– Простите. – Тощий долговязый мальчик с худым длинным лицом оставил прибор в покое.
