– О’кей, у меня появилась идея. – Олли вдруг осенило. – Чамли и Бхаттачарья не знают друг о друге. Как насчет того, чтобы ты написал им обоим по имейлу? Представишься моим IT-менеджером и скажешь, что эти письма были посланы неким хакером, который имеет на них зуб?
Уэбб с сомнением посмотрел на него.
– Я сочиню текст и дам тебе. Все, что тебе нужно будет сделать, – это подписаться и назваться моим IT-менеджером. А потом я им позвоню – когда они, я надеюсь, немного успокоятся.
– Хорошо, я согласен. Но…
– Но?..
– Я все напишу, подпишу все что угодно, как ты хочешь. Но только не уверен, что этим все закончится.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Олли.
– Что я имею в виду… я не думаю, что это был хакер, приятель. – Он пристально посмотрел на Олли.
– И кто, по-твоему, это написал?
– Кто-то, кто живет в этом доме. – Уэбб поднял ладони. – Слушай, да, я знаю, это звучит безумно. Но я правда не думаю, что кто-то взломал твой компьютер. Если только это был хакер, который гораздо умнее меня. А такая возможность, разумеется, всегда существует.
– Крис. – Олли уже начало раздражать то, что Уэбб упорно отрицал вероятность взлома. – Два последних письма были посланы в то время, когда я сам, лично сидел за этим столом. Джейд была на уроке верховой езды, а Каро, хоть ты меня убей, не могла пробраться в кабинет и начать печатать эти имейлы прямо у меня перед носом, да так, чтобы я ее не заметил.
– Ну хорошо. Можно запрограммировать электронные письма так, что они будут отосланы в заданное время. Возможно, кто-то напечатал их ночью, когда ты спал, и запрограммировал на тот час, что мы имеем. Либо получив прямой доступ к компьютеру, либо взломав его.
Олли покачал головой:
– Кто мог это сделать, Крис?
– Я не знаю. Ты, возможно, нажил себе врагов.
– Нет.
Олли задумался. Не могла ли это все же быть Джейд? Раньше она лунатила, ходила во сне, а теперь посылает имейлы? Она очень неплохо знает компьютер, так что здесь нет ничего невозможного. Однако стиль этих писем… техническая информация о «феррари», о ресторанах… такими сведениями она владеть никак не могла. А кто мог? И еще не менее важный вопрос – зачем кому-то было это делать? Кто это мог быть? Очевидно, кто-то, кто хотел его уничтожить. Но опять же, что это за человек? Кто, мать его, это может быть? И снова – за что?
– Честное слово, я не могу придумать, кому я мог бы так досадить. Это просто какая-то головоломка.
Уэбб искоса взглянул на него:
– Возможно, это снова твое надоедливое привидение?
Но Олли не улыбнулся.
– Так что сказал викарий, Олс? – Каро пристроилась на краешек потертого кожаного кресла, в котором Олли особенно любил сидеть и читать. В данный момент, как практически каждый дюйм поверхности в его кабинете, кресло было завалено файлами, которые следовало разложить по шкафчикам, и фотографиями в рамках, которые предстояло развесить по стенам или расставить по местам. Ни до того ни до другого у него, конечно, так и не дошли руки.
Крис Уэбб только что уехал. Имейлы Чамли и Бхаттачарьи за его подписью были отправлены, и Олли надеялся, что, когда он позвонит – сегодня вечером, попозже, или, может быть, завтра, они выслушают его объяснения и примут извинения. Письма были вполне правдоподобны. Если он использует все свое обаяние и всю силу убеждения, то они конечно же поверят ему.
Они должны ему поверить.
– Викарий поговорил с изгоняющим злых духов из Сассекса, и они оба приедут сюда в понедельник около шести, после того как ты возвратишься с работы, дорогая.
– Хорошо, – с некоторым облегчением в голосе сказала Каро. – А что это человек, изгоняющий злых духов, – экзорцист, собирается делать? Ходить по дому с кадилом, окуривать все ладаном и бормотать заклинания?
Олли улыбнулся. К счастью, несмотря ни на что, Каро не потеряла чувства юмора.
– У меня сложилось впечатление, что все будет выглядеть не так театрально. Он хочет приехать и поговорить с нами, попытаться понять, что здесь происходит и как с этим справиться. По словам викария, он кажется бодрым и вполне здравомыслящим человеком. Ни в коем случае не религиозный ханжа. Он очень хорошо образован – учился в Оксфорде и получил степень по психологии, а потом уже был рукоположен в сан.
– А как викарий… как его зовут, забыла… Розенкранц?
– Фортинбрасс. Роланд Фортинбрасс.
– Я знала, что это кто-то из «Гамлета». Как он… ну, в общем, он уверен в том, что этот его специалист справится с тем, что здесь творится?
– Да.
– А что Фортинбрасс говорит – я хочу сказать, у него есть свой взгляд на это?
Олли ответил не сразу. Они довольно долго проговорили с викарием по телефону, и Фортинбрасс сообщил ему обе новости – и хорошую и плохую. Хорошая состояла в том, что экзорцист, как его называла Каро, согласился приехать. Плохая – что ему удалось узнать об очень многих похожих случаях, произошедших в этом доме. Олли помнил, что бывший викарий, Боб Манторп, тоже упоминал об этом, но крайне уклончиво.
