— Вы, должно быть, Холты, — сказал он, когда мы вышли из машины. — Джейни Джун предупреждала, что вы сегодня заедете. Меня зовут Хиббетс. Уолт Хиббетс. Но вы можете звать меня Хиббс. Все так и зовут.
Он ухмыльнулся, обнажив, клянусь, золотой зуб. Подтянутый, жилистый, лет семидесяти, он напоминал мне персонажа из романа Стивена Кинга. И все же я был очарован его непринужденными манерами и самобытностью.
— Я тут все для вас прибрал, — сказал он. — А Эльза Дитмер хорошенько вымыла весь дом. Так что все должно быть в порядке. Мы с Эльзой знаем свою работу. Мы оба тут выросли. Наши семьи работали в Бейнберри Холл на протяжении десятилетий. Я просто хотел предупредить вас на случай, если вам понадобится постоянная помощь.
Вообще, так оно и было. Бейнберри Холл был слишком большим, чтобы мы сами могли с ним справиться. Но покупка этого места означала, что у нас почти не осталось денег ни на что больше. Включая наемный труд.
— Кстати об этом, — сказал я. — Нам понадобится помощь время от времени от вас и от миссис Дитмер. Но сейчас…
— Вы сильный молодой человек, который справится и сам, — сказал Хиббс с неожиданной любезностью. — Я это уважаю и восхищаюсь этим. И также завидую. Как вы видите сами, я уже давно не юнец.
— Но я однозначно иногда буду просить вас о помощи, — сказал я.
— Да, пожалуйста, — он мотнул головой в сторону двух коттеджей, мимо которых мы проезжали, когда свернули с главной дороги. — Я живу вон там. Зовите, если понадобится помощь. Даже посреди ночи.
— Это очень мило с вашей стороны, но мы не собираемся вас слишком беспокоить.
— Я просто даю вам знать, — Хиббс сделал паузу, которую я мог бы назвать зловещей. — Помощь может понадобиться внезапно.
Я уже шел к машине, но после этого резко остановился.
— В каком это смысле?
Хиббс положил тонкую руку мне на плечо и потащил прочь, пока Джесс не смогла нас слышать.
— Я лишь хочу убедиться, что Джейни Джун рассказала вам все, что нужно знать об этом доме.
— Она сказала, — ответил я.
— Хорошо. Это здорово, что вы понимаете, во что ввязываетесь. Карверы не были готовы к этому месту, и, ну, думаю, чем меньше о них говорить, тем лучше, — Хиббс по-доброму похлопал меня по спине. — Я уже и так вас задерживаю. Ступайте к своей жене и еще раз осмотрите свой новый дом.
И он ушел — повернулся спиной и зашагал к своему домику. Только когда я уже сел в машину и ехал по дороге-штопору, я осознал всю странность этого разговора.
— Хиббс спросил, знаем ли мы, во что ввязываемся, — сказал я Джесс, когда Бейнберри Холл замаячил на горизонте, такой же огромный, каким я его и запомнил. — Сначала я подумал, что он говорит о Карверах.
— Я уверена, что так и есть, — ответила Джесс. — О чем же еще говорить?
— Я тоже так посчитал. Но потом он сказал, что Карверы не были к этому готовы, и теперь я гадаю, что же он имел в виду, — я остановил машину перед домом и посмотрел вверх на пару похожих на глаза окон на третьем этаже. Они смотрели в ответ. — Думаешь, здесь произошло что-то еще? Что-то до того, как сюда переехали Карверы?
Джесс кинула на меня взгляд, в котором однозначно читалось предостережение оставить эту тему.
— Прошлое в прошлом, помнишь? — сказала она. — Начиная с этой минуты мы сосредоточимся только на будущем.
С этой мыслью я вышел из машины, запрыгнул на крыльцо и отпер входную дверь. Затем помог Джесс выйти из машины, поднял ее на руки и перенес через порог. Романтический жест, который мне так и не представился после свадьбы.
У нас был бурный роман. Я был помощником профессора и преподавал курс новой журналистики в университете Вермонта. Там Джесс получала степень магистра в области учителя начальных классов. Мы встретились на вечеринке, устроенной нашим общим другом, и провели ночь, обсуждая
Мы поженились спустя полгода. А спустя еще полгода родилась Мэгги.
— Ты хочешь официально окрестить это место сейчас или завтра? — спросил я, поставив ее на ноги в прихожей.
— Сейчас, — подмигнула Джесс. — Определенно сейчас.
Взявшись за руки, мы пошли глубже в дом. Секунду спустя я остановился, застигнутый врасплох видом свисающей с потолка люстры.
Она ярко горела.
Джесс тоже это заметила и сказала:
— Может, Хиббс ее нам включил.
Я надеялся, что так и было. В противном случае это означало, что проблема с проводкой, которую обещала решить Джейни Джун, так и осталась без внимания. Я не слишком волновался, потому что к тому времени Джесс уже тащила меня к изогнутой лестнице с игривой улыбка, в ее глазах сиял шаловливый огонек.
— Так много комнат, — сказала она. — Пожалуй, нам нужно окрестить каждую.
Я охотно последовал за ней вверх по лестнице, абсолютно забыв о люстре. Все, о чем я думал — это моя жена, моя дочь и чудесная новая жизнь, которую мы будем вести в этом доме.
