— Все-все. Успокойся. — Быстро выпутал браслет часов из ее волос и прижал ее к себе. Дрожь никуда не уходила. Более того, ее мышцы стали просто каменными под моими ладонями. — Тихо. Я больше не буду так делать. — Пообещал.
— Он тоже так говорил. — Хриплым шепотом поведала мне она.
— Кто?
— Ленька.
Теперь напрягся я. Осторожно убрал руки с ее спины и отстранился.
— Что мне сделать, чтобы тебе стало легче? — Попытался вернуть ее к конструктивному диалогу.
— Не трогай меня. — Ее все еще трясло.
Я кивнул. Схватил одеяло и обернул его вокруг Киры. Скатился с кровати и вышел из комнаты. Открыл шкаф в коридоре, нашел потрепанные джинсы с футболкой, надел ботинки, набросил куртку и вышел из дома.
— Ты куда? — Голос отца догнал меня уже у калитки.
Я остановился. А действительно куда я? Во-первых мне хотелось найти этого Леньку и размазать его таким тонким слоем по земле, чтобы никто больше собрать не смог. Он ее насиловал. И за это понесет такое наказание, которое на всю жизнь запомнит. Но для этого мне нужна холодная голова.
Во-вторых, мне нужно было успокоиться самому. Мне было больно от того, что она сравнила меня с ним и подумала, что я смогу сделать ей плохо.
В-третьих, я сделаю то, что следовало сделать давно. И начну, пожалуй, с этого.
— На кладбище. — Ответил коротко и отправился к своей машине.
— Мы тебя дождемся. — Услышал перед тем, как захлопнул дверь машины.
Часы на приборной панели показали полпятого утра. Вернусь часам к трем-четырем. Отцу хватит времени добраться до дома. И мне будет спокойнее, если Кира сейчас не останется одна.
В городе пришлось заехать на заправку, прежде чем ехать в областной центр. Купил кофе. Знаю, что не полезно, но мне необходимо немного встряхнуться. До нужного мне места добрался за три с небольшим часа. Повезло, что дороги субботним утром были пустыми. Заглянул в цветочный магазин и взял два букета. Хризантемы и герберы. Девочкам они нравились.
Кладбище было пустым. Я один несся к нужному мне месту, не замечая ничего вокруг. Дошел до нужного места, открыл оградку, вошел и погладил холодный камень.
— Привет.
Присел на корточки и убрал снег с надписей. «Корсарова Карина» и «Корсарова Дарья». С камня на меня смотрели два счастливых взгляда. Я сам настоял, чтобы на камне выбили изображение именно с этой фотографии. Сам ее сделал за пару дней до их гибели.
— Соскучились? — Положил цветы к надгробию.
Камень ничего мне не ответил. Но мне было важно выговориться. Я немного помолчал. Не смотря на то, что моя жена и дочь умерли, мне сложно было начать разговор. Это как если бы я решался признаться ей в неверности, или еще в чем-то постыдном.
Пока я сидел и молчал, к соседней оградке подошла женщина, кивком головы поздоровалась со мной. Я кивнул в ответ. Я ее знал, у нее муж скончался тогда же, когда и мои. Хоронили в один день. Обычно она долго стояла у камня, но сегодня она просто погладила его ладонью, смела снег и что-то положила к надгробию. К оградке подошел мужчина и позвал ее. Она смущенно улыбнулась, погладила камень еще раз и вышла. Мужчина осторожно придержал ее за руку, обнял и повел прочь. Я улыбнулся. Эта женщина смогла попрощаться и начать новую жизнь. Значит и мне пора.
— Карин, прости. Я встретил женщину. Знаю, что ты бы меня ругала за то, что не начал жить раньше, но я просто не мог.
Я достал из кармана обручальное кольцо и положил его рядом с цветами. Эта веха моей жизни закончена. Мне пора начать другую.
Я сидела в одеяле, пытаясь справиться со своим телом. Но меня трясло все сильнее и сильнее. Еще и Гек ушел. Я слышала звук отъезжающей машины. Волнами накатывало осознание того, что возможно он уехал навсегда, и это было еще страшнее, чем то, что он меня поцеловал. Сильно затошнило. Я начала задыхаться. Поняла, что еще немного и меня просто вырвет.
Быстро выпуталась из одеяла и побежала в ванную, собирая все косяки, так меня шатало. Еле успела добежать до унитаза, как меня вывернуло. Потом еще. И еще. Даже когда в желудке ничего не осталось, спазмы продолжались. Лишь через минуту я поняла, что это обычные рыдания. Отползла от унитаза и прислонилась спиной к стене, обняв колени. Закусила подол халата, чтобы плакать бесшумно. Мне не привыкать….
— Так, дочка. На, выпей. — На плечо легла рука и попыталась растормошить меня.
Подняла голову и сквозь поток слез увидела Раису Георгиевну со стаканом воды, который она поднесла к моим губам. Подол халата пришлось выпустить изо рта. Воду выхлебала за несколько глотков. Стало легче, но слезы все равно бежали, а спазмы, пусть и не таки сильные, но еще остались.
Женщина отставила стакан и села рядом со мной. Прихватив за плечи, развернула меня к себе и обняла. Я взвыла с новой силой, хлюпая носом у ее плеча.
— Ну, будет уже. Все хорошо. — Приговаривала она, поглаживая меня по спине. — Генка сейчас съездит куда надо и вернется. Куда ж он от вас денется? — Быстро раскусила она мои страхи.
