Уже подошла к крыльцу, как дверь дома открылась и оттуда выскочила Марья. Она была такой дерганой, что заметив меня в грязной одежде (а какая она должна быть после событий последнего часа?), резко остановилась и ненормально расхохоталась.
— У тебя все хорошо? — Спросила, не зная, что делать.
— Нет. — Выдавила она сквозь смех и стерла с лица побежавшие слезы. — Это у тебя все нормально. Мужика отжала, родителям его понравилась, ребенка подсунула. Вот, чем я хуже тебя? Выглядишь, как пугало огородное. — Шмыгнула она носом.
Я вздохнула. Да, пугало. Но что я могу с природными данными сделать? Ее слова меня так не тронули, как вчерашнее высказывание Гека. И мне ее стало жалко.
— Может быть, чай попьем? — Спросила ее.
— Да ты что? Какого черта вы всё в своей деревне с помощью чая решить пытаетесь?!? — Вдруг проорала она так, что с ближайшего дерева слетела стая воробьев. — Не помогает он!
— Так и вино не поможет. — Пожала плечами. — Ничего не поможет, кроме поддержки другого человека.
Она вдруг задумалась и посмотрела на меня так, как будто впервые видела.
— Теперь я понимаю, чего он на тебе свихнулся. — Тихо сообщила она. — Вы оба ненормальные. Я тебе говорю, что мне нравится Корсаров, а ты пугало. И что в ответ? Предложение о помощи. Любая другая послала бы меня.
— Куда? — Удивилась я.
— Проехали. — Отмахнулась она. — Я о другом вообще.
— Так ты зайдешь на чай или нет? — Не поняла я.
— Нет. Меня твой будущий свекор за дверь выставил. Я к тебе на неделе забегу. Только не факт, что меня уже сам Генка не выставит. — Сообщила Марья.
— Это мой дом, вообще-то. — Нахмурилась.
— Наивная какая. Хочешь, глаза открою? Это давно уже не твой дом. — Усмехнулась она.
— Я его не продавала. — Сказала ей.
— Я не о продаже. Я о том, что для Гека твой дом куда роднее его собственной квартиры в городе. — Отрезала она. — А ты курица слепая, дальше носа своего не видишь. Так, утро понедельника освободи на мой визит. Научу тебя плохому и разъясню, что к чему. — Она развернулась и отправилась прочь со двора. — Господи, и бывают же такие блаженные. — Проворчала она себе под нос.
Я головой покачала. Странная она. Ну, хоть зла не держит, и то хорошо. Погладила Пульку, которая стояла все это время рядом со мной и внимательно следила за гостьей. Но, как, оказалось, следила не одна она. На крыльце стоял Борис Аркадьевич.
— Вернулась уже? — Спокойно спросил он, никак не комментируя мой диалог с Марьей.
— Да, — кивнула поднимаясь. — Дарька проснулась?
— Только что. — Улыбнулся он.
Дарина действительно проснулась и готовилась уже закатить скандал по поводу отсутствия мамы рядом. Пришлось срочно кормить и успокаивать.
Геннадий приехал лишь в четыре часа вечера. К этому времени его родители успели выгулять ребенка, наварить не одну кастрюлю еды и развлечь меня разговорами. Более того, Раиса Георгиевна померяла всю одежду, которую привезла Дарьке и постановила, что через пару месяцев нужно везти новую. Я лишь косила глазами на лиловый комбинезон с мишками, который тоже привезли они. Нужно будет спросить Гека, как справляться с таким энтузиазмом его родственников.
Увидев своего сына в добром здравии, Корсаровы собрались за пять минут и уехали, оставив нас одних. Я облегченно выдохнула. Не привыкла я к такому вниманию к своей персоне, даже если не благожелательному.
Гек проводил родителей до машины и вернулся в дом. Мне вдруг стало неловко находиться с ним в одном пространстве. Сразу же вспомнились утренние события.
— Голодный? — Спросила, скрывая нервозность.
Он кивнул, настороженно следя за мной. Кажется, утром я его основательно напугала. Быстро накрыла на стол и ушла в комнату к дочери. Я нервничала и чувствовала, что он тоже не был спокойным. Хотя выглядел он более умиротворенным, чем за все время до этого. Словно какая-то деталь в нем наконец-то встала на место и больше не выбивалась из общего образа.
— Нам нужно поговорить. — Корсаров вошел в мою комнату через полчаса.
Я чуть струхнула, но прекрасно понимала, что да, поговорить действительно было бы не лишним. А если учесть то, что произошло утром, то я не ждала ничего хорошего.
— Ладно. — Обложила Дарину подушками и повернулась к нему.
Геннадий немного походил по комнате. Молча. Наверное, атмосферу нагнетал. Я тоже первая не заговаривала. Наконец, он подошел ко мне и встал в двух шагах.
— Кира, у меня для тебя неприятное известие. — Трагично сообщил он.
Так и знала. Сейчас скажет, что я страшная, и он меня утром в кровати с кем-то перепутал. Я сбилась с мысли, потому что он вдруг протянул руку и схватил меня за запястье.
— Что…?
— Ты не боишься, когда я держу тебя за руку? — Спросил он.
Я глаза вытаращила от этого странного вопроса. Такого я пока никогда ни от кого не слышала.
— Нет….
— Хорошо. — Удовлетворенно кивнул он и… не отпустил мое запястье. Более того, обхватил его плотнее и большим пальцем погладил внутреннюю сторону. Я совсем перестала понимать, куда он клонит.
— Ты хотел мне что-то сказать. — Напомнила ему, так как он все так же стоял и молчал.
— Да, — вновь кивнул он. — Я буду за тобой ухаживать.
