Чета Сысоевых долго сидела на кухне, говорили, вспоминали. Как-никак – восемь лет брака за плечами. С повышением градуса разговор принял неожиданный оборот.
– Гера, ты понимаешь, что мы тут с тобой сидим. У нас все спокойно. А это все куплено дорогой ценой. Наши ребята, их военные, ни в чем неповинные мирные жители. Я как подумаю, тошно становится. А со страной что будет?
– Что будет? Ну что будет. Нормально все будет. Ты же понимаешь, что нас вынудили…
– Нет, я не понимаю. Кто, ну кто нам угрожал?
– Зин, да ты как в аквариуме живешь. Ничего дальше своего носа не видишь. Ты погляди пошире. Как нас постоянно хотят поссорить с нашими соседями, как провокации устраивают. Да не, вы, женщины, анализировать не способны.
– А что тут анализировать, Гера! Есть добро и зло. А есть то, что за гранью. И вот с молчаливого одобрения таких, как ты, все и происходит.
– Да нет, все происходит как раз из-за таких, как ты, либерастов, что разваливают страну, да на Запад молятся. В России вас все не устраивает, а что же тогда вы тут живете? Кормитесь здесь и свое же государство хаите.
– Собирай чемодан и выметайся!
– Охотно, сам собирался уходить.
Зина и Гера могли обвинить в своем разрыве все что угодно: измены и конфликты на почве финансов, незакрытые гештальты и вмешательство свекрови, кармические отношения и банальную бытовуху… Но даже смерть не разлучает людей надежнее, чем политика.
Семья купила эту квартиру много лет назад. Родители много работали, чтобы у Матюши, единственного сына, было все, о чем только может мечтать мальчишка его возраста. В пять лет он не знал, чего попросить у Деда Мороза, потому что у него вся комната была завалена игрушками.
Однажды, когда Матвей был уже большой, на рынок пошли только родители, Матвей ушел тусить с друзьями. Недалеко от входа на рынок, родители обратили внимание на странное сооружение, возле которого сидели дети. Подошли. На старой ветоши лежали три маленьких котенка, которым дети пытались найти хозяев. Мама семейства наклонилась и протянула руку, чтобы погладить и почесать брюшко одному из них.
Потом женщина поднялась, и они хотели продолжить путь. Неожиданно один из котят быстро отполз от остальных и, неуклюже переваливаясь, подполз к ноге матери и улегся ей на туфлю. Она подняла его и прижала к себе. Котенок начал тыкаться ей в ладошку в поисках материнского соска. Нашел какой-то бугорок и тихонько мурлыча стал перебирать лапками. Это настолько растрогало женщину, что она засмеялась:
– Ты ж моя радость, пригрелся?
Она вернула котенка к двум другим, и пара продолжила путь на рынок. Обойдя все необходимые точки и купив нужные продукты, родители возвращалась домой. Котята были все там же. Эти двое прошли мимо и вдруг услышали громкий писк. Тот самый котенок, который ранее был на руках у матери, теперь смотрел в их сторону и громко пищал, как бы прося, чтобы его забрали домой.
Сердце женщины дрогнуло. В сердце, как иголка вонзилась, и она почувствовала, что там как будто маленький узелок завязался. Она быстро подошла и взяла котенка на руки. Он снова пискнул.
– Не плачь, солнышко, идем домой.
Так в семье появился кот. Назвали его Юлием. Матвею не нравилось, что этому маленькому рыже-полосатому комочку уделяется столько внимания. Если раньше он был центром маленькой вселенной, вокруг которого вращалась жизнь этого дома, то теперь внимание родителей пришлось делить с этим рыжим вихрем.
Котенку купили все необходимые причиндалы, которые только существуют для котят. Вместе с мисками для кормежки и лотком купили многоуровневый домик-стойку с кучей лежанок и когтеточкой. Зачем, спрашивается, одному котенку три лежанки и еще две полки?
Чтобы котенок не скучал, когда никого нет дома, купили тонну интерактивных игрушек, специально предназначенных для котят. Особенным развлечением для Юльки стало гонять какую-нибудь гремелку или трещалку в три часа утра по паркету в комнате Матвея. Как ни пытался тот закрыть плотно дверь в свою комнату вечером, выкинув кота за ее пределы, необъяснимым образом тот оказывался внутри.
Тайком от матери Матвей выбрасывал игрушки кота в мусорку, но каждый раз возвращаясь из кошачьего магазина, родители приносили новые.
Юлиан, Юлька, Юська, Пирожок, Пушистик, у матери было куча всяких вариантов для обозначения любимца и Матвея это раздражало.
В тот год, когда в семье появился кот, Матвей стал совершеннолетним и закончил школу. Однако остался тем же любимым ребенком, нигде не работал, тусовался с молодыми соседями в кофейне внизу. Родители не переживали, так как всегда знали, где он. Да он и не прятался. На звонки матери отвечал, не грубил, сильно не злоупотреблял. Родителей нисколько не напрягало, что сынок сидит дома, главное, что здоров, сыт, постоянно на глазах. Успеет еще наработаться, пусть погуляет.
