Дом на волне… полностью

Веничка. Есть, Александр Павлович! Чтобы я без радиста-старпома делал?! Он все знает! Можно перцем посыпать. Можно — лавровым листом. Только Катерина Сергеевна перец и лист не дала. Старпом такое придумал, такое придумал — никогда не догадаетесь?! Он придумал обкладывать старыми газетами: типографская краска — это чистый свинец, быка убить может!

Капитан. Быка? Силен, артист! А гайка на ладони не помогает?

Веничка. Представляете — гайка — бессильна. Можно попробовать перепродать шубу кому-то из экипажа… Перепродать…

Капитан. Да кто же купит? Все ведь знают про моль?

Веничка. Радист сказал, что он знает секрет рекламы. Я ему верю. Он контактен со знаками судьбы. Я проверял…

В этот момент в рубку заходит старший механик:

Дед. Ты здесь, командир? Пойдем дынькой побалуемся. Боцман на камбузе дыньку режет — аппетит у него, видите ли, проснулся. Всех приглашает. (Дедуля доволен и разглаживает бороду.) Аппетит к жизни, а? (Улыбается. Продолжает, подмигивая.) А может и на женщин?

Капитан. Дай-то Бог, дедуля. Дай Бог.

Веничка. Григорий Мартемьянович (обращается Веничка к деду), а я новый способ гадания освоил. К удаче…

Дед. К удаче? Удачу, дорогой мой, руками брать надо. Как рыбу. И держать. Чтобы она не выскользнула. Видал, как ее командир держит?! (обращаясь к капитану.) Ты что там боцману наговорил, признавайся?

Капитан. Не помню. Разве важно? Важно, что улыбается.

Дед. Не помнит он? Умный…

Капитан. А ты мне леща не кидай… (Улыбается в ответ на его улыбку. Они с дедом хорошо понимают друг друга, им не нужны эти лишние слова, но капитан продолжает, понимая, что это нужно для Венички, внимательно за нами наблюдающего.) Что касается боцмана, то каждый сказал ему свое слово и сделал свое дело. И Гриша, и ты — маг и кудесник наш, Вениамин Иванович. И я тоже. Почему нет? Как дынька нарезанная — долька к дольке, и все вместе.

Дед. Вместе и на месте, командир.

Капитан. Спасибо, друг. Согласен. А кто это поет?

Дед. Так это Степан с Любой. Любовь у них… Пойдем, капитан, в каюте у тебя посидим, послушаем.

Звучит песня:

Капитан. Слушай, а моль-то откуда в шубе?

Дед. Моль? Из судовой артелки. Пищевая моль. Она в каждом мешке из-под муки или крупы есть. Это все моряки знают. Только моль эта мертвая — одни крылышки. (Напевает.) Ты приходи ко мне одна — не бойся больно ошибиться…

Капитан. А как она над шубой летала?

Дед. Не тупи, дружище! Радист — опытный морской кадр, хоть и глупый в гражданском рвении оказался. Известное дело, инициатива на флоте наказуема… Крылышки моли он в кулаке держал, когда руками размахивал и ладонями хлопал… Меня больше волнует, как мы пассажирку без паспорта спрячем?

Капитан. Мы и прятать не будем.

Дед. Что — дал радиограмму, что спасли из моря? Потеря неизвестного судна. Временная амнезия. Ведем профилактику возвращения памяти методами индийских йогов по системе Вениамина Васильевича?

Капитан. Мастера оккультных наук с международным дипломом?..

Дед (усмехаясь). Одесского образца?..

Капитан. Хватит изгаляться над ним. Нормальный морской псих. Как и мы с тобой. Когда кончается рейс, и судно летит сквозь ночь, сквозь пространство тайного и восторженного мира… Мы здесь затерялись в пространстве и времени…

Дед. И каждый — как плачущий волк в полнолуние…

Капитан. А Луна — золотая и полная!

Дед. А на палубе лежат дыни. Лежат и покачиваются.