Эмиль робко улыбнулся. Боги, какой же он тощий. Даже для его долговязой фигуры. Если за несколько недель, проведенных вне лагеря смерти, он совсем не прибавил в весе… Этот мальчишка повидал и вынес такое, чего не пожелаешь никому, не говоря уже о детях.
Хант сел рядом с Брайс. Его захлестывал стыд.
Неудивительно, что она организовала поиски Эмиля втихомолку от других. Ведь никто из них за все это время ни разу не подумал о самом мальчишке. Только о его магическом даре и возможных бедах, если Эмиль попадет не в те руки.
Хант пытался перехватить взгляд Брайс; ему хотелось показать, что он понял и больше не сердится на нее. Но она смотрела только на Эмиля.
– Знаешь, я тоже потеряла сестру. Два года назад. Это было ужасно тяжело. Ты никогда не избавишься от чувства утраты, но… потом ты научишься жить с ним. Не стану тебе говорить, что время лечит все раны. Для одних – да, а для других – нет. – В ее голосе звучала боль, отчего у Ханта сжалось сердце. – Но я понимаю, каково тебе сейчас.
Эмиль молчал. Хант едва подавил в себе желание крепко обнять обоих.
– И вот еще что, – продолжала Брайс. – Что бы тебе ни говорила Королева Змей, не принимай ее угрозы слишком уж всерьез. Мозги у нее набекрень, но она не способна убить ребенка.
– Звучит ободряюще, – пробормотал Хант.
– Это правда, – хмуро посмотрела на него Брайс.
Однако Хант знал, почему Королева Змей не причинит зла этому мальчишке. Он повернулся к окну, выходящему на яму для поединков. Там было темно и тихо. Слишком рано для боев, которые притягивали сотни зрителей и приносили женщине-змее миллионы.
В душе Ханта шевельнулась тревога.
– Надеюсь, ты не подписывал с нею никаких контрактов? – спросил ангел.
– А зачем мне с нею что-то подписывать? – вопросом ответил Эмиль, елозя ступнями по ковру.
– Буревестники встречаются крайне редко. Многие не прочь заполучить их к себе и пользоваться их силой. – Хант протянул к Эмилю руку с молниями, вьющимися между пальцами. – Я не буревестник, но владею схожим даром. И это сделало меня… ценным ресурсом. – Хант постучал по запястью, где когда-то чернело клеймо раба. – Не для того, чтобы с моей помощью творить добрые дела. Более того, меня и заполучить-то пытались через злодеяния.
Ради обладания такой силой Королева Змей была готова убивать – и убивала.
Увидев молнии, Эмиль округлил глаза, словно только что увидел самого Ханта:
– Зофи что-то похожее рассказывала мне о своей силе. Что сила внутренне не изменила ее.
Доверие на лице мальчишки заставило Ханта немного оттаять.
– Так оно и есть. И твоя сила ничуть тебя не меняет.
Эмиль посмотрел на них, потом в коридор, где скрылась королева.
– Какая сила? – удивился он.
Хант медленно повернулся к Брайс. Выражение ее лица не изменилось.
– Твоя сила… буревестника. Сила, с помощью которой ты потопил четыре омега-лодки.
– Это сделала Зофи, – прошептал мальчишка и словно захлопнулся.
– Видишь ли, Хант, у Эмиля нет никаких магических способностей, – заявила Брайс.
У Ханта был такой вид, словно его окатили ведром ледяной воды.
– Как это понимать? – тихо спросил он и, не дожидаясь ответа, задал новый вопрос: – А ты откуда это знаешь?
– Я не утверждаю наверняка, – добавила она, глядя, как щуплый, испуганный Эмиль отодвигается от Ханта. – Я просто допустила такую вероятность. Единственное, что волнует ваниров, – это магическая сила. Единственный способ заставить их проявить внимание к человеческому ребенку – соорудить историю о том, будто он наравне с Зофи обладает такой же силой. И даже большей. Абсолютное вранье, но тогда над мальчишкой станут трястись и позаботятся о его безопасности. Мне сдается, что Зофи это очень хорошо понимала. – Брайс ласково улыбнулась мальчишке. – Эмиль действительно был ценным ресурсом. Для Зофи. Для его семьи. Как и все, кого любят.
Хант моргнул, потом еще раз. Судя по выражению глаз, в нем происходил поединок между гневом и страхом.
– Королева Змей знает об этом? – шепотом спросил он.
– Она даже не спросила, – с нескрываемым презрением ответила Брайс.
Брайс очень тщательно составила условия сделки с королевой, и потому Эмиль мог в любое время покинуть свое убежище.
У Ханта вокруг лба заплясали молнии.
– Едва она узнает, как сразу лишит Эмиля своего покровительства. – Взгляд ангела переместился на мальчика, смотревшего на молнии не со страхом, а с какой-то грустью. Хант тут же погасил молнии и потер лоб. – Ты все это сделала по догадке?
– Зофи была наполовину человеком. Как и я. Кормак говорил, что мы похожи. – Стараясь не задеть чувств Ханта, Брайс продолжала: – Ты никогда не был человеком. Для ваниров ты всегда представлял ценность. Это твои недавние слова.
– И какую цену запросила Змеюка за свою помощь? – качнув крыльями, спросил Хант.
– Мы договаривались, что она находит Эмиля и он какое-то время живет у нее. В полной безопасности и со всеми необходимыми удобствами… пока я не приду за ним. Это делает меня ее должницей.
– Полнейшее безрассудство, – процедил сквозь зубы Хант.
