— Да мы почти землячки! — Касси пихнула меня в бок локтем, так что я дернулась от неожиданности. — Я тоже на северном жила, только в высотке, в Пятом квартале… Мне пятнадцать, — сказала она слегка смущенно. — Я малолетка, уж прости.
— Мы все тут малолетки, — вздохнула я. — Ты лучше скажи, кто у нас… ну… куратор или вроде того?
— «Вроде того», — передразнила она беззлобно. — Это называется «регулятор», с «коммандером» не путай. Регулятор у нас сержант Грейс Граймс, ты ее не знаешь, да и я пока тоже… А с мистером Шарпом ты, думаю, знакома? — Я с готовностью кивнула. — А это коммандер. То есть главный над войском Гарнизона. Мировой дядька, если хочешь знать.
Я снова кивнула. Касси мне уже нравилась. И то, как она отозвалась о Шарпе — пусть и в своей чудной манере — только прибавило ей баллов.
— Тут рядом со мной свободно, — она показала подбородком на соседний лежак. — Если согласишься жить по соседству, считай, сорвешь куш. И у окна, и к шкафу близко, и личности вроде Лоретты тебя не тронут… Ну что, идешь?
— Иду, — отозвалась я.
Когда я села на лежак, Касси подняла жалюзи, впуская в комнату солнечный свет. День уже клонился к вечеру, и я еще раз убедилась, что солнце светит одинаково даже в условиях войны.
До начала стажировки оставалась всего пара недель. Буквально на следующий день все сектора словно ожили: началась бесконечная беготня и приготовления к открытию нового сезона. Особое внимание должно было принадлежать новобранцам — то есть таким, как я. Новобранцев было всего тридцать: четверо — в мужской «альфе», шестеро — в женской, пятеро в мужской «бете» и пятеро в женской, восьмеро — в мужской «омеге» и мы с Лореттой в женской. Меня также познакомили с распорядком дня и уставом для всех солдат Гарнизона.
Спустя несколько дней после моего зачисления мы с Касси прогуливались по коридору, куда нас выставила регулятор Граймс. Вообще-то, она выставила нас для того, чтобы мы нашли майора Рамирес и забрали у нее какие-то документы, но мы использовали эту возможность для незапланированной прогулки.
— Неплохая тетка эта Граймс, — сказала Касси, надувая большой розовый пузырь из жевательной резинки. — Думаю, даже лучшая из преподов в нашем секторе.
— Касси, ты пока не знаешь никого, кроме нее, — рассмеялась я.
— И что с того? — ничуть не смутилась она. — Я людей чувствую сразу, между прочим… А ты? — Еще один пузырь со звоном лопнул в сантиметре от моего лица. — Ты уже познакомилась с кем-то?
— Пока нет, — призналась я. — Ну, если не считать Рамирес и коммандера Шарпа…
Его имя снова зажглось сверкающей лампочкой в моем мозгу. Я отвела глаза, чтобы Касси ничего не заметила — не заметила, как я восхищаюсь им. Это было так глупо — восторгаться, вспоминая человека, которого я видела один-единственный раз в жизни. Но я ничего не могла с собой поделать.
— О, Шарп… — сказала Касси с уважением и, усмехнувшись, ткнула меня локтем. — Ты тоже думаешь, что он шикарен, да?
Что я думала? Я думала, что этот человек был чуть ли не единственным, кому я могла довериться. Что он наверняка заслужил такое доверие, раз уж его назначили главой над Гарнизоном. Что весь Гарнизон смотрел на него с надеждой и обожанием. Что его взгляд казался мне взглядом отца, которого я так и не узнала…
— Да, — сказала я ровным голосом. — А он ж… женат?
Касси резко затормозила прямо передо мной.
— Эй, Тара, ты в порядке? — Она шутливо приложила ладонь к моему лбу. — А то мало ли, может у тебя температура или вроде того…
— Хватит, не дури, — Я скинула ее руку. — Просто он выглядит… как отец, понятно? Как большой отец всего нашего войска. Вот я и подумала, что он…
— Да есть у него сын, — махнула рукой Касси. — Брендан Шарп, «бета»-второкурсник, девятнадцать лет… Хотя если хочешь кого-нибудь закадрить, есть кандидатуры и получше, поняла?
Я закатила глаза и ускорила шаг. Иногда эта девчонка становилась совершенно несносной, хоть и делала это в своей особой очаровательной манере.
— Эй, да я помочь тебе хочу, — она поспешила за мной следом. — Например, Илай Морено… не слышала о таком?
— Нет, ни разу, — отозвалась я чисто из вежливости. — А кто это?
Сзади послышался театральный вздох: Касси, не отличавшаяся худобой, пыталась догонять меня и одновременно гнуть свою линию.
— Очнись, Тара, — сказала она, поравнявшись со мной. — Да любая девчонка готова в лепешку расшибиться лишь бы его заполучить… Он наш психолог, — ее голос понизился до шепота. — Только после универа, второй год работает… И он — лучший друг коммандера Шарпа.
Лучший друг? Я снова вспомнила лицо Шарпа, его горделивую осанку и властный, спокойный взгляд. Уж кого-кого, а этого человека я никак не могла представить в кругу друзей — со всеми атрибутами: совместными приколами, общими воспоминаниями, задушевными беседами и разговорами о женщинах. Видимо, даже понятие дружбы в Гарнизоне трансформировалось, превращаясь в что-то совершенно новое и незнакомое нам прежде.
