– Ты всегда можешь рассчитывать на нас с мамой! Мы купим этот дом, если он пришёлся тебе по душе. Будешь жить рядом с нами, мы поможем с малышом. Но «этого» там быть не должно! Это наше условие. Ты достойна лучшей партии, дочь!
– Да, вы с ума сошли, что ли, пап? Что это за условия? «Этот» – отец вашего внука!
– Он недостоин тебя! Жалкий охотник за богатством! Я сам видел…
Дверь в палату открылась, вошёл Макс с букетом белых роз.
– Любимая, можно твоего папу на пару слов? – Макс положил цветы на кровать и поцеловал Неву в макушку.
– Конечно, вам нужно поговорить, вы же мои самые дорогие… Только не ссорьтесь! – Нева вдохнула аромат цветов и широко улыбнулась.
Мужчины вышли из палаты и молча прошли до конца коридора к окну.
Макс начал первым, сарказм сквозил в каждом его слове:
– Уважаемый будущий тесть, я искренне не понимаю, почему вы так настроены против меня и зачем внушаете свои идеи Неве. У нас будет ребёнок! Вы желаете, чтобы он рос без отца?
Александр Евгеньевич сжал кулаки, ему было противно даже смотреть на Макса, после того что он видел прошлой ночью. А ведь ему хотелось просто осмотреть дом, ловить любовников не входило в планы, карты раскрылись сами собой.
– Молодой человек, я не буду долго объяснять, скажу лишь одно – вы годитесь только для того, чтобы ублажать возрастных дам за небольшое вознаграждение. Моя дочь не для того появилась на свет, чтобы терпеть рядом альфонса. Или вы отстаёте от нашей семьи, или я расскажу Неве, каким способом вы пытаетесь заполучить скидку на дом. Я видел собственными глазами, как вы обхаживали ту сумасшедшую в особняке!
– Мудак! – Макс не выдержал.– Только попробуй! Я увезу Неву и ребёнка, и ты их больше не увидишь!
– Не пугай, мальчик! На какие деньги ты их увезёшь? – Александр Евгеньевич тоже перешёл на ты, хотя очень этого не любил, даже в своём долгом браке они с женой обращались друг к другу на вы.
– У меня есть к тебе предложение… – отец Невы оглянулся по сторонам, убедился, что в коридоре они абсолютно одни, вплотную подошёл к Максу и прошептал ему на ухо.
– Деньги! Много денег! И ты забудешь о моей дочери… Сколько? – мужчина промокнул носовым платком испарину на лбу и сделал шаг назад. – И ещё… Нева не любит срезанные цветы… Ты совсем не знаешь её…
Макс усмехнулся и присел на подоконник.
– Что ж, заманчивое предложение! Поторгуемся, дорогой тесть! И ещё… Неве нравится всё, что я ей дарю! Может, это вы её плохо знаете? – в его руке завибрировал телефон – сообщение от Анны. Она ждёт его. – Скажите своей драгоценной дочери, что зайду завтра. Работа сверхурочная, вынужден вас покинуть… – Макс подмигнул, спрыгнул с подоконника и, не заходя к Неве, скрылся за дверьми отделения.
Он мчался по трассе на черной, отполированной до блеска спортивной машине, тёплый ветер врывался с бешеной скоростью в открытые окна и трепал волосы. Мощная стереосистема извергала на полной громкости русский рэп, Макс вслух читал матерные тексты песен. Эта музыка не давала ему забыть, где он родился и откуда приехал на райский остров.
«Что такое важное она хочет мне сказать? Знаю я ваши бабские штучки! Одумалась, наверное… Пожалела, что выставила меня вчера… – Макс выжал газ, машина взревела, как разъяренное животное. – Сегодня ты от меня ни за что не отделаешься, шалунья!»
Четырнадцатое августа… Анне исполнилось тридцать. Роман приехал на остров в её день рождения, но в этот раз только для того, чтобы поставить финальную точку в их уже давно не семейной жизни. В качестве подарка на юбилей он привёз ей на подпись бумаги о разводе, без утайки и без ложной заботы о её чувствах сообщил, что у него почти год другая женщина, и она беременна. Эти слова прозвучали как реквием по прошлому, память безжалостно прокрутила кинопленку их семейной драмы, в финале которой большими буквами было написано «КОНЕЦ».
Анна молча подписала всё, что требовалось, а взамен получила документы на единоличное владение домом на острове и большой квартирой в Москве, на случай, если вдруг ей будет нужно вернуться. Но возвращаться она не собиралась, особенно в ту квартиру, откуда должен был пойти в школу их сын.
Роман собрал кое-какие вещи и уехал ночевать в гостиницу, Анна не стала его останавливать, так было правильно, и она это понимала.
Месяц после развода Анна безвылазно просидела в доме, выпив все запасы вина и обдумав возможные сценарии её жизни. В итоге она остановилась на одном – сидеть в кресле, в котором когда-то укачивала сына, смотреть сквозь прозрачные окна-глаза в бескрайнюю даль и ждать. Роман всегда возвращался, вернётся и в этот раз… Ему просто нужно время.
Четырнадцать лет Анна провела в добровольном заточении, практически ни с кем не общалась, читала книги, пила вино, ухаживала за домом. В посёлке её считали сумасшедшей, но безобидной, жалели. Зная историю дома, никто и не удивился, что человек, живущий в нём, несчастен. А вот сама Анна долгое время, лет пять, а то и семь, не знала, что здесь произошло.
