Дом: основной инстинкт? полностью

— Как теперь я смогу говорить моим дочерям, что если они будут хорошо учиться, поступят в университет, то они найдут хорошую работу, как тетя Кэрри, и что им не придется всю жизнь полагаться на мужчину, если ты берешь и просто так все бросаешь? Ты — единственный по-настоящему положительный пример, который я могу им показать. А что случилось с равенством, с теми блестящими и рациональными причинами, по которым женщина может работать полный рабочий день, о которых ты мне столько твердила?

— Но я несчастлива.

— А кто счастлив? Ты что, действительно думаешь, что будешь счастлива, если до конца своих дней будешь зависеть от Майка?

— Это поможет нам быть вместе. У него появится чувство, что он настоящий мужчина — добытчик и защитник.

— Кэрри, — Джилл вздохнула. — Если ты думаешь, что просить у своего мужа деньги на домашнее хозяйство каждую неделю — это рецепт семейного счастья, то ты определенно растеряла все свои мозги.

— По-моему, это восхитительно, — промурлыкала Гарриет в телефонную трубку. — Теперь мы сможем иногда пить кофе вместе на утренних встречах родителей. И ты сможешь помочь с устройством ярмарки этим летом. А может, мне даже удастся убедить тебя посвящать день или два — только утром — работе в нашем благотворительном магазине. Но самое лучшее, — тут ее голос почти задрожал от восторга, — мы теперь сможем вместе ходить за покупками.

«Хождения за покупками, — сказал Майк перед обедом, — конечно же, отменяются. Больше никаких поездок на Оксфордские распродажи, чтобы пополнить твой и без того огромный гардероб. Дети тоже не нуждаются в новой одежде: их шкафы и так забиты до отказа. И я не уверен, что мы можем позволить себе две машины». Он сидел за кухонным столом, заваленным банковскими счетами и извещениями, а также выписками по кредитным картам.

Два дня отчуждения и молчания меня довели, и в среду вечером я была готова взорваться. Я стояла на кухне у раковины и мыла бутылочку Тома. Я слышала, как стукнула дверь, но не обернулась. Меня уже достаточно игнорировали, спасибо. Но через минуту я услышала шаги за своей спиной. Я напряглась и принялась еще яростнее тереть бутылочку. Внезапно я почувствовала его руки на своей талии. «По-моему, это великолепная идея, — прошептал он мне на ухо. — Чем больше я об этом думаю, тем больше она мне нравится». Я с облегчением прижалась к Майку. Слава богу! Слава богу! Может быть, теперь мы все сможем вернуться домой.

Правда, теперь меня начинало тревожить, с какой легкостью Майк взял на себя роль единственного кормильца. Слишком уж легко! Когда я увидела его, сидящим во главе стола, покрытого всеми этими банковскими бумагами, я подумала о том, кого же он мне напоминает? Долго копаться в памяти не пришлось. И ответ был похож на ушат ледяной воды. Моего отца. Если я начну извиняться за то, что купила себе журнал, я пойму, что произошло самое ужасное. Я стану собственной матерью.

Меня терзали сомнения. Когда я приняла это решение, то оно казалось таким смелым, таким очевидным, что не было ни малейших сомнений в его правильности. Но сейчас передо мной встала реальность. Моя машина принадлежит компании. Ее придется отдать. А мой пенсионный счет? Его придется либо обналичить, либо перевести все деньги на новый личный счет, а это значит, что я потеряю отчисления, внесенные работодателем. Как хорошо, что прошло больше шести месяцев, с тех пор как я вернулась на работу. Иначе, мне бы пришлось вернуть пособие по беременности. И потом, нужно же еще сообщить Нику, что я ухожу. Как минимум пять раз на этой неделе я порывалась все ему сказать, но каждый раз я думала, что он все равно заговорит со мной о ТВ Центре, и тогда я смогу все ему объяснить. Но он ни разу не упомянул мой переход. И — Святые Небеса — Клэр. Как я скажу Клэр, что у нее больше нет работы?

Пятница, 30 октября

Сегодня утром я заглянула в кабинет Ника:

— У тебя есть секундочка?

— Конечно. — Он радостно улыбнулся. — Заходи. Ты уже подумала о том предложении? Я сегодня утром говорил с Томом по телефону и сказал ему, что ты уже в курсе. По-моему, он был доволен. Ты знала, что он раньше работал с Майком? Он хочет с тобой встретиться…

— Я решила не переходить в ТВ Центр, — быстро ответила я.

— Что?

— Я решила никуда не переходить. И я должна сказать тебе еще кое-что… — Я замолчала на секунду, собираясь с мыслями, а потом заставила себя посмотреть Нику прямо в глаза. — Я увольняюсь.

— Ты что, шутишь? — все его оживление исчезло. Он выглядел по-настоящему потрясенным. — Но почему? Послушай, я знаю, что не был чересчур вежливым, когда мы говорили о твоем фильме, но это же мелочь, Кэрри, ты сама это знаешь. Куда ты переходишь? — Он с подозрением на меня посмотрел. — Собираешься присоединиться к команде Майка?

— Господи, конечно нет, Ник! Я ни за что не брошу Би-би-си, ты же знаешь.

— Тогда куда ты уходишь?

— Никуда. Я собираюсь совсем бросить работу и заняться детьми. Ухожу домой.