— Думаешь, они правы?
— Не знаю. Карты тоже могут ошибаться. Но чем больше скрывают о дяде, тем больше я думаю, что нам надо выяснить, что произошло.
— Я навожу справки, что там было в официальных отчетах полиции.
— Отлично, — хмыкнул Даниэль, помешивая омлет на сковороде. — Начнем с этого. Дед сказал… у меня создалось впечатление, что Майкл что-то сделал. И был виноват в том, что произошло.
— Сам себе пулю всадил? Сомневаюсь.
— Странная история. Ты говорил с Амалией?
— Не знаю, как к ней подступиться, — признал Мэтт. — Думаю, она будет говорить то же, что и все.
— Надо попробовать.
— Оставлю это тебе. Ты у нас тут спокойный вежливый брат, а меня даже клиенты иногда бесят.
— Иногда?
— Кстати, о них…
Мэтт резко замолчал, видимо, когда в магазин зашли посетители. Гораздо тише он сказал:
— Я сегодня пораньше закончу, встретимся у тебя. Как там Айвори?
— Я с ним еще не говорил.
В этот момент Айвори как раз зашел на кухню, а Мэтт попрощался, чтобы ответить на вопросы покупателей.
— Напоминает семинарию, — улыбнулся Айвори.
Он предпочитал чай, говоря, что ему не особенно нравится вкус кофе, хотя по утрам перед занятиями пил его, как и все остальные, в гостиной. Общежитие в семинарии выделяло каждому по собственной комнате, маленькой, но дающей необходимое уединение и стол для учебы.
Большую часть времени все предпочитали проводить в общей гостиной, где стояли микроволновка с холодильником и диваны. Туда пробирались вечером те, кто умудрялся ускользать из общежития на ночь. Там же с утра встречались перед занятиями. Действительно, почти как сейчас.
Даниэль помнил, как пришел после лоа и Кристофера Янга. Того забрали в больницу, и он говорил, что это несчастный случай. А в ушах Даниэля еще стояли его вопли. То, что сам он технически не коснулся Кристофера и пальцем, делало только хуже.
Его семейное наследие, лоа, которые составляли часть его самого — всё это ради того, чтобы сломать пальцы ровеснику, что распускал сплетни? Даниэлю было противно от самого себя.
В гостиной встретил Айвори, он явно ждал. Сначала попытался напоить чаем, а потом, когда понял, что Даниэль не особо реагирует, потащил его в душ
— Давай, вода смывает лишнее.
Похоже, Айвори считал, что душ помогает привести мысли в порядок. Как ни странно, он оказывался прав, Даниэля тогда отлично встряхнуло. Айвори сейчас тоже выглядел болезненно-помятым, но в целом бодрым.
Лишь его дыхание, как и всегда, звучало хрипло. Но Даниэль знал, что другу не больно, хотя иногда у него возникали сложности с сердцем из-за давней травмы.
В отличие от Даниэля, у Айвори не было проблем с аппетитом, так что он придвинул тосты с омлетом и начал их уминать, запивая горько пахнущим чаем, который оставила Мэри.
Поверх серой футболки болталась небольшая бутылочка, наполненная травами и костями.
— Амулет работает, — заметил Даниэль.
Не хотелось спрашивать Айвори в лоб о том, что же произошло накануне. Возможно, ему не очень-то приятно вспоминать, а спешить им некуда.
— Спасибо, — кивнул Айвори. — Краем глаза мне еще мерещится странное… но к вечеру пройдет. С этой штукой я хотя бы смогу заходить в особняк.
— Добро пожаловать в гости.
Айвори улыбнулся уголками губ, потом сипло вздохнул. Даниэль его не торопил, но они слишком хорошо друг друга знали, чтобы Айвори пытался увиливать.
— Я почти не помню вчерашний вечер, — сказал он. — Вроде бы с кем-то встречался, он расспрашивал… кажется, о тебе. Но я не уверен. Может, это я решил поговорить о тебе. Или мне всё привиделось, как и отец?
Айвори вздохнул и с раздражением повел плечами.
— Как ты нашел меня?
— Ты написал, — ответил Даниэль. — Похоже, вы разошлись с твоим знакомым, но такси ты вызвать уже не смог. Сообразил написать мне.
— Хоть что-то умное за вечер сделал.
— Ты бы не стал сам ничего принимать.
Айвори пожал плечами, но не спорил. Он всегда был менее снисходителен к себе, чем Даниэль к нему.
— Ты вспомнишь, — сказал Даниэль. — После травки тоже пару дней как в тумане ходил, а потом очень даже всё вспомнил.
— Лучше бы нет. А что с проклятием? Выяснили что-то?
— Шарлотта Дюро разложила карты и сказала, нынешняя ситуация связана с нашим мертвым дядей Майклом.
Даниэль ожидал, что сейчас Айвори расспросит о Майкле, но он приподнял брови в удивлении:
— Внучка Агаты Дюро? Магазинчик «Ведьмин двор»?
— Да. Знаешь их?
— Бываю иногда. Забавно, как тесен мир. Тебе об Агате рассказала Анаис?
Даниэль замер:
— А должна была?
— Ну, я видел там Анаис. Кажется, они с Агатой хорошо знали друг друга. По крайней мере, отлично беседовали, и Анаис зашла внутрь.
Айвори опустил голову, старательно собирая вилкой остатки омлета. Они с Даниэлем и правда слишком хорошо друг друга знали, так что недосказанность казалась такой густой, что буквально мешала дышать.
Даниэль молчал. Айвори вздохнул. Он никогда не был хорош в умалчивании деталей, а с Даниэлем так вообще предпочитал откровенность.
— Анаис поздоровалась, но ей было не до меня. Она казалась взволнованной. Я не особенно обратил внимание… в тот вечер вы попали в аварию.
