С каждым шагом из Мэтта будто выкачивали воздух. Когда он дошел до нижней ступеньки лестницы, то чувствовал себя уставшим и выжатым. Его хватило только на то, чтобы опуститься на диван и спросить:
- Что вы знаете о проклятиях?
Оказалось, что в гостиной собрались все родственники, так что в просторной комнате даже стало тесно. Отец хмурился и задавал практичные вопросы. Тетя Вивьен устроилась на ручке его кресла и молчала с мрачным выражением лица.
Мать, конечно же, начала охать, вздыхать и хорошо хоть не причитать - то есть ровно то, чего терпеть не мог Мэтт, а больше него только Даниэль. К счастью, дед знал, что в подобных случаях лучше направить энергию Мэри если не на молитвы, то хотя бы на что-то полезное.
- Мэри, будь добра, сделай всем чаю.
Бернард спустился из комнаты, хотя в последнее время всё реже ее покидал. Он слушал в основном молча, думая о чем-то своем. Как подозревал Мэтт, дед скорее захочет поговорить с Даниэлем, тот сможет больше рассказать о лоа.
Здесь была даже Амалия, она привезла Ли. Большей частью молчала и нервно крутила кольцо на пальце. Она казалась обеспокоенной, но Мэтт понятия не имел, она волновалась за Дана или - скорее всего - думала, если что-то будет угрожать всей семье, то хоть сама она не Эш, ее дочь уж точно часть Эшей.
Чай оказался весьма кстати. Какой-то легкий, травяной. Правда, он совсем не взбодрил, как рассчитывал Мэтт. Наоборот, он ощущал себя вымотанным.
- Ты можешь отдохнуть в своей комнате, - мягко сказала мать.
Вивьен отправилась на крыльцо позвонить в книжный и «что-нибудь придумать для Адама». Мэтт запоздало вспомнил о магазине и был благодарен тете, что она об этом позаботится. Вскоре вслед за ней ушел отец, наверняка проветриться или покурить.
Пока дед вполголоса говорил с Амалией, Мэтт помог матери собрать чашки и отнести на кухню. Он шел обратно мимо парадного входа и уж точно не думал подслушивать... но дверь оказалось приоткрыта, а тетя Вивьен всегда говорила громко.
- Столько крови... напомнило мне о Майкле.
- Это совсем не похоже!
Голос отца звучал непривычно резко. Он вздохнул и как-то устало добавил:
- Майкла никто не проклинал, ты прекрасно знаешь.
- Не уверена, что знаю всё.
Мэтт не удивился, что им известно о смерти дяди Майкла больше, чем говорили. И судя по всему, они видели его мертвое тело. Что ж... похоже, у каждого Эша собственные окровавленные тела, которые снятся в кошмарах.
Ну, кроме, может, матери. Или Иисус тоже считался?
Мэтт понял, что устал, хочет спать, и в мыслях его заносит не туда. Тем более, он был благодарен матери, что она единственная заметила его усталость и отправила спать. Мать не всегда понимала их, но была внимательна к обоим сыновья. Даниэлю еще придется терпеть ее заботу и есть супы! Хотя от горячего гамбо и Мэтт не откажется. Только завтра.
Амалии в гостиной не оказалось, дед сидел в кресле. Он держал трость с массивным набалдашником, как будто хотел подняться, но позабыл об этом, и теперь задумчиво рассматривал стену над камином. Там висело роскошное вышитое полотно с генеалогическим древом Эшей. Мэтт никогда не понимал, что такого интересного может быть в истории. Или зачем знать членов семьи, которые умерли до его рождения.
Для Мэтта имели значения только те, кого он знал.
- Мне кажется, я упускаю что-то важное, - вздохнул Бернард. - А ты чего тут околачиваешься?
Мэтт усмехнулся. А потом у него всерьез спрашивают, в кого его дурные манеры?
- Иду наверх. Составишь компанию?
- Давай. Я немного устал.
После упоминания Майкла Мэтт вдруг подумал, что Бернарду пришлось хоронить не только жену, но и младшего сына. Мэтту всегда казалось, дед сдал после смерти бабушки. Но на самом деле, она ведь умерла всего пять лет спустя после Майкла. Для маленького мальчика это большой срок, но для взрослого мужчины не так много.
Дед редко спускался, а подняться для него стало почти непосильной задачей, но гордость не позволила бы это признать, поэтому Мэтт ненавязчиво помог Бернарду встать из кресла, а потом медленно, ступенька за ступенькой, преодолеть лестницу.
- Помнишь, как ты возвращал Дана от лоа? - неожиданно спросил дед, переводя дыхание.
- Помню.
- Было похоже?
- Да. Что-то вроде того.
- Сегодня он тоже соскользнул случайно. Возможно, в этом виноват не сам лоа, а действие проклятия.
Звучало зловеще, и Мэтт невольно вздрогнул.
- Это значит...
Он не мог внятно сформулировать мысль, но дед отмахнулся:
- Ни черта это не значит. Даниэлю не стоит проводить ритуалы в одиночку, пока не снимем эту дрянь.
- Попробуй убеди его...
- Он, конечно, упрямый, но не дурак.
Мэтт мог поспорить, но дед, конечно, слушать не желал. Опираясь на трость, он заковылял в свою комнату, явно считая, что помощь ему больше не нужно. Или сохраняя таким образом достоинство.
Слева запертая дверь комнаты Даниэля, чуть дальше располагалась Мэтта. В ней и правда всё осталось нетронутым, как будто он уехал только вчера. Каждый раз, приезжая в особняк, Мэтт находил это странным. Но сейчас в постоянстве было что-то успокаивающее.
