Дом пламенных клятв полностью

– Чтобы я могла убить Данте до того, как тебе захочется взять дело в свои когти и навлечь проклятье на себя и весь твой народ. – Я прокручиваю в памяти момент, когда я загнала фейри в угол своим мечом.

Да кого я обманываю? Этот изворотливый хорек ни разу не был загнан в угол. Впрочем, он побывал прямо у моих ног, и если бы не дурацкая корона, возможно, я бы таки отсекла ему башку.

– Он еще жив. – Сердце дрожит от ярости, тем не менее голос совершенно сухой и гладкий, как истертая штормами галька на пляже.

От образа возникает ощущение чего-то неправильного, искаженного. Может, голос у меня и звучит устало, но жадность Данте подточила меня и превратила в скалу, чьи края пронзят его плоть при нашей следующей встрече. А мы непременно встретимся. Я буду выслеживать этого фейри до тех пор, пока его сердце не остановится в моей ладони.

Тени Лоркана пульсируют, его призрачные пальцы распрямляются на жестокой пустоте, разделяющей нас.

Печать, Биокин. Вели фейри немедленно ее стереть, или, клянусь, я его не пожалею.

Я поворачиваюсь к генералу.

– Юстус, печать. Как нам от нее избавиться?

– Нам? Никак. К ним спущусь только я: выдам себя за Ластру и скажу, что смог вернуться.

– Ластра знал пароль к хранилищу?

Юстус поджимает губы. Очевидно, нет.

– Дверь закрыта, как ты попадешь в хранилище? Открывать с помощью воды нельзя, поскольку Ластра был земным фейри.

Юстус смотрит на другого мертвого солдата.

– Этот был огненным, – произношу я. Мы не упоминаем Катона, но и он владел магией не воды, а ветра. – Если скажешь, где печать, я могла бы…

Любимая, ты совсем рехнулась? – Тон Лора такой же пылкий, как вспышка молнии, озаряющей его небо.

– Нужно будет вытянуть кровь из мраморного бюста моей матери, и такой силой обладает только наложившая заклинание ведьма. – Он опускает взгляд на свою ладонь – ту, в которой заключена их с Мериам связь. – И я.

Я бросаю взгляд в направлении коридора, по которому меня вели.

– Я могу взорвать потолок хранилища, вы в него запрыгнете. И вот так мы можем унести Мериам… – Внезапно перед глазами предстает воспоминание о пустом хранилище. – Она ведь все еще там, внизу?

– Там. Но хранилище погребено слишком глубоко под землей. – Юстус сжимает губы, затем ахает: – Придумал! Ты сделаешь меня невидимым.

– Невидимым? Я способна на такое? – Хотя сейчас совсем не время восторгаться силой в моих руках, как можно удержаться и не разинуть рот? Не округлить глаза?

О боги! Так вот как Мериам тогда отвлекла солдат Данте!

Юстус бросается вперед, и я следую за ним нетвердой походкой, мысленно проклиная Ластру за то, что он использовал меня в качестве игольницы, но затем отбрасываю злость на мертвеца и сосредотачиваюсь на том факте, что я, Фэллон Шаббинская, способна, на хрен, сделать человека невидимым!

Мой шаткий аллюр прерывается резким голосом Лора:

Фэллон!

Я жду, что он отругает меня за ругательства, однако он испускает очередной раздосадованный вздох и говорит:

В данный момент мне насрать на твою брань, мо крау; меня волнует только, чтобы ты была у меня перед глазами.

– Я отойду всего на минуту, Лор. Мне нужно нарисовать печать, чтобы Юстус прошел сквозь стену. – Когда Лор начинает дымиться еще сильнее, я указываю большим пальцем на лестницу, по которой меня пытался скинуть Ластра. – Меньше минуты. – У меня скрипят мышцы, и я поправляю свои расчеты:

Максимум три минуты. – Сделав еще шаг вперед, я вздыхаю. – Ладно. Десять. Не больше.

Я не хочу, чтобы ты уходила даже на мгновение. – Темные очертания его пальцев растут и сжимаются перед невидимым барьером.

Я бросаю взгляд на Юстуса, который двигается к лестнице. Мне удается его догнать, поскольку его состояние еще хуже, чем мое.

– Юстус, погодите!

Лор вновь меня зовет, но на этот раз я не останавливаюсь. Моя пара, должно быть, осознает, что криками ничего не добиться, и затихает, бормоча себе под нос что-то на вороньем.

– Юстус, я могу сделать вас невидимым, но ведь они все равно заметят вашу магию, верно? Ее же нельзя сделать невидимой… или можно?

– Нет. – Он медленно выдыхает, от чего губы болезненно кривятся. – Я буду осторожен.

Воздушному фейри, возможно, легко спрятаться, но вода будет плескаться.

Он начинает спускаться по ступенькам, одной рукой сжимая перила. От меня не ускользают его судорожные вдохи и долгие паузы между ними. Он не в той форме, чтобы спускаться под землю и использовать магию, тем самым растрачивая энергию.

– Насколько вам больно?

– Выживу.

– Не об этом я спросила.

– Хватит обо мне волноваться. Все со мной в порядке. – Кажется, он пытается улыбнуться, но губы почти не двигаются.

Когда он прижимает ладонь к животу, я понимаю, что он мучается гораздо сильнее, чем показывает. Эта миссия уничтожит терпение Лора и, вполне возможно, жизнь храброго фейри, стоящего передо мной.