— Футов восемьсот, — просто ответила Гермиона, и у всех в купе, сколько они ни играли в квиддич, отпала челюсть — даже на высоте в восемьдесят футов многим страшно, и нужны и смелость, и твердая рука, чтобы держать метлу, которую на такой высоте болтает сильный ветер. Вряд ли Гермиона сама бы когда загнала свою метлу даже и на двести футов, но когда они уже залезли на радиовышку, деваться было некуда, тем более что внизу их поймали бы. Так у них с Гарри и происходили их самые большие приключения: раз деваться все равно уже некуда, нужно держаться и выстоять, хотя бы друг для друга — а потом можно будет узнать о себе много нового и даже гордиться собой.
— Сейчас будет особо секретная история о том, как во всем Южном Уэльсе отключилось радио, — пообещал Гарри, закрывая дверь. — С иллюстрациями в виде фотографий.
Ли Джордан немного поторопился, приглашая Гарри и Гермиону в квиддичную команду, ведь распределения еще не было, хотя все им советовали и желали попасть на Гриффиндор. Гарри и Гермиона были уже свои, для них у Фреда и Джорджа не было баек для первоклашек о страшных испытаниях, которым новеньких подвергают, чтобы распределить их на нужный факультет.
— Просто попросите Шляпу, это работает, — посоветовал Фред, оно как-то само подразумевалось, что этим ребятам не надо объяснять, что такое Сортировочная Шляпа и как проходит распределение — да так оно и было, Сириус уже по-доброму все рассказал на Рождество, это Рон сейчас боялся страшилок, которых ему нарассказывали старшие братья.
— Ну или я ее Конфундусом шибану, — предложил Джордж. — Серьезно, волноваться вам не о чем.
Фред и Джордж были еще слишком молодыми, чтобы понять, о чем волнуется Гермиона, это только Гарри понял и крепко обнял Гермиону за плечи, когда они стояли в небольшой комнате рядом с Большим Залом и ждали распределения. Рядом мандражировал Рон, которого только что еще разок пуганули братья, после сказав Гарри и Гермионе «до скорой встречи», а тут и Малфой, как всегда, полез не вовремя.
— Ты, что ли, Гарри Поттер? — нахально спросил Малфой.
— Говорят.
Малфой от такого неожиданного ответа немного сбился с темы и начал с того, что протянул Гарри руку.
— Драко Малфой.
— Гарри, — ответил Гарри и пожал протянутую руку, Малфой был похож на гнилого мажора, но в маггловской школе в таких ситуациях была присказка «по незнанке не катит», и лучше было потрясти клешнями с неизвестным мажором, чем закуситься с нормальным пацаном на ровном месте.
— Ты скоро узнаешь, Поттер, что в нашем мире есть несколько династий волшебников, которые куда круче всех остальных, — вернулся к своей теме Малфой. — Тебе ни к чему дружить с теми, кто этого недостоин. Я помогу тебе во всем разобраться.
Гарри посмотрел на Малфоя с небольшой жалостью, как на скорбного умом: Гарри все-таки успешно освоился в четырех новых классах и хорошо запомнил, что школьный авторитет будет у того пацана, с которым здороваются за руку старшие пацаны, особенно из спортивной команды, у которого уже есть хорошая девчонка — и, разумеется, авторитет у того пацана, который легко набьет обидчику морду. В Хогвартс Гарри еще не зачислили, с какого факультета снимать баллы в случае чего, было непонятно, и Гарри был готов выдать Малфою авансов и кулаками, и палочкой, раз уж тот не понимает, как устроена школьная иерархия.
— Ты уверен, Драко, что у тебя такая уж интересная компания? — спросил Гарри, глянув на невзрачную свиту Малфоя, состоящую из двух мрачных пухляшей. — Либо я окончательно ослеп, либо ты зажигаешь с Человеком-невидимкой — или ты советуешь мне закорефаниться с твоей бабушкой?
У Драко оставался только призрачный шанс хорошо отшутиться, потому что на обиженных возят воду и даже делают с ними кое-что похуже, а на палочках два в три Гарри и Гермиона гарантированно бы положили Малфоя вместе с его спутниками жизни, но тут в комнате появилась МакГонагалл, у нее был педагогический нюх на то, чтобы пресекать готовящиеся безобразия, и Малфой резко потерял интерес к дискуссии.
— Я боюсь, — зашептала Гермиона, когда МакГонагалл начала говорить, а Гарри ведь знал, что Гермиона почти ничего никогда не боялась. — Боюсь, что Шляпа нас разлучит, что мы будем на разных факультетах, и я буду видеть тебя только в столовой и в зеркальце.
— Нас никто никогда не разлучит, — уверенно ответил Гарри. — Иди вперед, я пойду за тобой и разберусь со Шляпой. На какой именно мы попадем факультет, мне в целом все равно. Если тебя Шляпа отправит на Слизерин — ну пойду к тебе и буду строить Малфоя в колонну по четыре.
Шляпа могла бы поговорить с Гермионой о том, что ее ум и тяга к знаниям нашли бы себе место на Равенкло, но что можно сказать, если в мыслях только любимый отчаянный мальчишка и совместные приключения?
— Ты создаешь себя для него, — сказала Шляпа, она глубоко читала в сердцах. — Это высокая цель, — а потом выкрикнула: — Гриффиндор!
— Только Гриффиндор, — твердо сказал Гарри, когда до него дошла очередь.
