Он положил подзорную трубу под ясенем, сказал: «Не трогайте» — и полез на дерево. Ствол был высокий, прямой, неудобный, и Кирилл, чуть взобравшись, поехал вниз, как по телеграфному столбу… Первый раз, второй — никак не доберётся до веток с гнездом.
— У, медведь неуклюжий, — сам на себя рассердился Кирилл, а Анюта с Гришей засмеялись, услышав, как он сам себя обозвал.
— Всё равно доберусь, — упрямился Кирилл.
И добрался до гнезда. Заглянул, а оно пустое. Будто кто нарочно набросал тут сухих веток, чтоб обмануть Кирилла. Он разобиделся, что попусту залез на дерево, да ещё на такое неудобное, и столкнул гнездо наземь.
Анюта с Гришей наклонились над упавшим гнездом и увидели внутри двух крохотных бельчат.
— Что ты наделал! — укорила его Анюта. — Они маленькие, живые, а ты их сбросил. Теперь они разбились.
— Я их не заметил, — оправдывался Кирилл. — Разве б я их сбросил, если бы заметил? Ни за что! Правда.
Он наклонился над бельчатами и увидел, что они зашевелились.
— Ой, они живы! — обрадовался он. — Возьмём их, а то ещё какой-нибудь зверь на них нападёт.
Дома мама посмотрела на бельчат и сказала: — Надо напоить их молоком.
Налили молока в блюдечко, но бельчата не притронулись к молоку: они не умели пить из блюдечка. Ведь они так с голода умрут. Как же накормить их? Никто этого не знал.
Все глядели на бельчат и жалели их.
Вдруг Кирилл молча подхватился и побежал, не сказав никому, куда и зачем он бежит. А он бежал к Лебедянке. Увидев отдыхавшего на берегу гуся Ничея, Кирилл подкрался к нему и выхватил из крыла большое белое перо. Гусь вскочил, возмущённо зашипел и ущипнул Кирилла. Тот бросился бежать с победным криком, а разобиженный Ничей уплыл подальше от берега.
Вернувшись домой, Кирилл обмакнул перо в блюдечко с молоком и протянул бельчатам. Те сразу догадались, что им следует делать — они по очереди обсасывали вкусное перо и скоро напились и наелись.
«Пусть они живут в моей комнате», — решил Кирилл и унёс бельчат к себе.
Когда же Анюта с Гришей захотели посмотреть, как устроились бельчата на новом месте, Кирилл заявил: — Они мои. Я их нашёл. А вы уходите. И больше никогда ко мне не приходите.
И опять он, не зная почему, не пустил их в свою комнату. И на другой день ему тоже почему-то не захотелось показывать близнецам бельчат. Недаром говорила бабушка, что Кирилл иногда любит покуражиться. Такой у него характер неровный: то сам идёт к близнецам, а то прогоняет их неизвестно почему. Их не пустил, а Афоньку позвал и показал ему бельчат. Потом ходил по двору, свысока посматривая на брата и сестру, да хвастался, что у него есть бельчата, а у них нет.
Анюта с Гришей ещё несколько раз приходили к нему, а потом перестали. И про бельчат больше не спрашивали. Не то чтобы они сердились на Кирилла, а просто постепенно привыкли обходиться без него. Особенно с того времени, когда в их зелёный дворец стал приходить Тимоша.
Он умел хорошо рассказывать. И рассказывал им, какую книжку прочёл, или о том, что видел, когда ездил к морю и в горы со своей мамой.
Близнецы слушали его, сами тоже рассказывали что-нибудь и ходили вместе к папе на пасеку, носили ему обед. Дорогой они играли в придуманную Тимошей игру. Он останавливался, показывал на какой-нибудь сучок или сухую ветку и спрашивал: «Угадайте, кто это?»
И всегда это оказывалось не просто сучок или ветка, а если всмотреться получше, то прямо настоящая птица, или ящерица, или зайчонок. А то раз вместо сухого корня Тимоша увидел, будто девочку в шляпе. И когда Анюта с Гришей присмотрелись, они тоже согласились, что это очень похоже на девочку в шляпе.
С Тимошей было интересно дружить. Он относился к близнецам не так, как Кирилл, хотя тоже был постарше их. Он, наверное, и не подозревал, что можно командовать младшими, как это делал Кирилл, который считал, что старший брат — самый главный и младшие должны ему подчиняться. А у Анюты, Гриши и Тимоши никто друг другу не подчинялся. Все были равны. Всем было свободно и легко.
Однажды пошёл сильный дождь. Все сидели дома, не хотелось выходить на улицу. У всех было какое-нибудь занятие. Кириллу стало скучно одному в своей комнате. Он подумал: «Пойду вниз к близнецам». Он, конечно, думал, что ему обрадуются и Анюта, и Гриша, но никто ему не обрадовался. Им и без него было хорошо играть. И подзорная труба у них своя появилась. Близнецы с Тимошей склеили её сами из разноцветной бумаги. В их самодельную трубу было даже интересней смотреть, чем в настоящую. Они наводили её в любую сторону и видели то, что им хотелось увидеть. Даже в дождь они могли увидеть солнечную поляну с солнечными зайчиками. А в Кириллову трубу солнечных зайчиков не увидишь в дождливый день, а только мокрые от дождя деревья.
Когда им надоело смотреть в цветную трубу, они стали строить город из деревянных кубиков и сухих веток. В городе были башни, дворцы и дерево-великан с аистиным гнездом.