Какое-то движение вдалеке в лесу заставило Мадлен прищуриться. Между деревьями она заметила Бандита. Тот шел легко, несмотря на то, что нес на плече огромную сумку и держал в руке связку фазанов.
– Тот человек, – сказала она, указывая на идущую фигуру, – что он делает здесь, в отеле?
Отец всмотрелся вдаль:
– А, его имя Кристофер, но все называют его Бандитом. Да, он здесь работает. Он – егерь, а также помогает в саду, рубит дрова для каминов. Кроме того, он обеспечивает нам некоторую безопасность, и ты в этом убедилась прошлым вечером. Кристофер живет в сторожке у ворот на нижней границе поместья. Она принадлежит его отцу. Этот человек работает на меня с тех пор, как уволился из морской пехоты. Кстати, он поставляет нам дичь к столу. А почему ты спрашиваешь?
Мадлен на секунду задумалась, вспомнив ту каменную сторожку возле ворот. Она была в запущенном состоянии, огорожена забором, состоявшим из четырех секций, сваренных из белого арматурного железа, которое уже поржавело, и расшатанной металлической калитки. Белая входная дверь и белые деревянные окна явно нуждались в покраске, а весь дом – в капитальном ремонте. Впрочем, было очевидно, что и травяная лужайка, и сады требовали ухода.
– Нет, ничего особенного. Понимаешь, я столкнулась с ним прошлым вечером. На самом деле он налетел на меня, как бешеный бульдозер, и чуть не сбил меня с ног.
На ее щеках проступил румянец, когда она попыталась вспомнить, сколько раз он оказывался рядом с ней. После их последней встречи прошлым вечером Мадлен решила, что ей, пожалуй, не стоит видеться с ним как минимум пару дней.
– Мне кажется, что он тебе не нравится.
Мадлен наблюдала, как Бандит вышел из леса и направился к дому. Он выглядел стройным и мускулистым, и в нем было что-то такое, отчего она приходила в бешенство. Он не только бесцеремонно швырнул ее на землю, но даже не извинился. Давно не стриженные волосы, заросший щетиной подбородок, глупое прозвище. Что в нем могло ей понравиться?
– Я его не знаю. – Мадлен не захотела делиться своими мыслями.
– Поверь мне, Кристофер еще никому не причинил зла. Он славный малый. Кроме того, тебе придется к нему привыкнуть – он здесь часто бывает.
– Прекрасно! Он меня раздражает. Напоминает перевозбужденного бабуина.
Отец расхохотался:
– Милая, поверь мне, этот человек совершенно безобиден. Кроме того, он охраняет отель. Если хочешь, избегай его. Каждое утро он приходит сюда завтракать, и Номса обычно передает ему пирог к чаю, который печет у себя дома. Она любит его кормить, а он, судя по всему, обожает ее еду. Это хороший ритуал, и нам всем он нравится.
– Они что, пара? – спросила Мадлен и повернулась к кровати, на которой удобно устроилась Поппи, положив рядом с собой розового медведя-гиганта.
Отец снова рассмеялся:
– Бандит и Номса? Боже, разумеется, нет, они не могут быть парой. Подожди немного, ты скоро с ней познакомишься. Ее позабавит твое предположение. Она слишком стара для того, чтобы быть его подругой.
Остаток дня Мадлен провела в своей комнате. Она распаковывала коробки, принесенные грузчиками, а Поппи мирно спала в своей новой кровати. В углу комнаты стоял ее письменный стол, ноутбук, коробка со скоросшивателями, заполненными материалами ее исследований, и многочисленные коробки с книгами. Она подумала, что, возможно, ей стоило попросить книжный шкаф, но в конце концов решила оставить все вещи в коробках. Меньше всего ей хотелось быть обузой и остаться здесь надолго. Мадлен дала себе обещание, что, как только у нее будет достаточно денег, она снимет небольшой коттедж с садом, в котором сможет играть ее дочь.
Поппи проснулась и пришла в восторг оттого, что, пока она спала, в ее комнату внесли все ее игрушки, множество плюшевых медвежат, ее личную подушку и корзины, заполненные ее одеждой. К тому моменту, когда она закончила разбирать все свои вещи и размещать их там, где ей хотелось, ее кровать превратилась в огромную гору плюшевых медведей, а она сама сидела в самом ее центре с лучезарной улыбкой на лице.
– Мамочка, посмотри на меня. Теперь они все вокруг меня.
– Поппи, ты действительно собираешься спать со всеми этими медведями одновременно?
Поппи выбежала из своей спальни и запрыгнула на кровать матери.
– Нет, я буду спать в этой большой кровати вместе с тобой, – засмеялась она.
Мадлен мотнула головой:
– Нет, не будешь. Эта большая кровать предназначена для твоей мамочки, а не для маленькой девочки, которая скачет, как Тигра в сказке про Винни-Пуха.
Она принялась щекотать дочку. Та завизжала от удовольствия, побежала в свою спальню и спряталась под гору плюшевых медведей, словно ежик, который приготовился к зимней спячке, укрывшись под осенними листьями.
– Ну что ж, кажется, что Поппи исчезла. Поэтому мне придется одной выгуливать Бадди, – громко сказала Мадлен, встала со стула и сделала вид, что собирается выйти из комнаты. Выйдя за дверь, она посмотрела через плечо и посчитала до трех. Как она и предполагала, Поппи выбежала.
– Мамочка, подожди, не уходи без меня. Он же и мой Бадди тоже.