Если бы я решилась на развод, мне бы некуда было идти. А беременность только усложняла ситуацию. Муж сильно хотел детей и, узнав о беременности после четырех лет брака, заявил, что никогда не даст мне развод. Его главной целью в жизни было произвести на свет и воспитать собственное потомство.
– Говорят, грудное вскармливание тяжело дается таким худеньким женщинам вроде тебя. Может, стоит попытаться набрать немного веса, чтобы потом не жаловаться на то, как тебе тяжело?
Никогда не испытывала особого удовольствия от еды. Похоже, ребенок в животе унаследовал мои привычки: он не подавал ни малейшего намека на желание что-либо съесть. Не было даже утренней тошноты, которая часто сопровождает первый триместр беременности.
Я достала из холодильника уже несвежие овощи, чтобы приготовить детокс-сок из капусты, брокколи, помидоров, паприки и яблок. Когда у меня случилось расстройство желудка, я нашла в интернете рецепт сока, который якобы помогает восстановить пищеварение благодаря выведению токсинов. Овощи сначала отваривают, затем добавляют воды и доводят до кипения. Получается кипящий напиток оранжевого цвета, который из-за окраски назвали «ведьминым соком».
– Хочешь что-нибудь съесть? – спросил муж, тыкая палочками в разогретый рис.
– Нет. А разве ты не жаловался недавно на проблемы с пищеварением?
Я принялась нарезать овощи для детокс-сока, а муж только усмехнулся.
– Не хочу я холодный рис. Ешь сама, – бросил он.
Однако все равно начал торопливо есть, видимо, потому, что был голоден. Затем вдруг пнул посылку, что я принесла.
– Что ты опять купила? Вечно покупаешь шмотки, которые на нормальную одежду не похожи.
– Это для моей мамы.
– Для тещи? Ты же не на мои деньги это купила?
– Не забыл, что обещал отвезти меня к ней?
– Я же сказал, что у меня вечером дела! – возмутился муж.
– Ты ведь в Хвасон собираешься. Мы можем выйти пораньше. Подвези меня.
– Зачем? Мне неудобно. Потом съездишь сама.
– Мама… получила результаты обследования. У нее диагностировали раннюю стадию деменции.
Муж собирался сегодня на ночную рыбалку на водохранилище Кисан в Хвасоне, а мне как раз нужно было съездить к семье туда же.
– Потом поедешь. Не стоит тебе ночью гулять, простудишься.
– Тебя не будет… А у меня живот побаливает… Мне страшно оставаться одной сегодня.
На самом деле живот у меня не болел. Это была ложь: просто хотелось, чтобы он подвез меня к маме.
Пока варились овощи, сзади послышался кашель. Я оглянулась посмотреть, не подавился ли муж, но он лишь смеялся, издавая звуки, похожие на кашель.
– Боишься оставаться одна? – переспросил он, хохоча скрипучим смехом с полным ртом риса.
Я могла это стерпеть. Было бы странно, если бы не могла. Села рядом на стул.
– Отвези меня, ладно? Выедем пораньше, как только поешь.
Муж взглянул на часы.
– Лучше к врачу сходи. В больницу-то я тебя отвезу. Не надо причинять другим неудобства.
– Мой живот растет, и я скучаю по маме. Ведь тоже скоро стану мамой.
Муж перестал есть и посмотрел на меня. Его лоб покрылся капельками пота.
– Вижу, ты, наконец, почувствовала запах денег и пришла в себя…
Он часто потел, но сегодня было не настолько жарко, чтобы покрыться потом.
– Ты должна быть добра ко мне. Наступит день, когда будешь плакать от благодарности. – Муж нервно рассмеялся.
В его голосе смешались возбуждение, нервозность и страх. Руки судорожно сжимали ложку, дыхание было неровным.
Я ждала возвращения мужа с нетерпением девочки, ожидающей родителей. Часы показывали восемь вечера. В дверь позвонили какой-то мужчина с инструментами и незнакомка с документами, но я лишь взглянула на экран домофона и не стала открывать. Я побродила по дому, словно уставший призрак, а потом задернула шторы, выключила свет и свернулась калачиком на диване.
Через четыре часа на экране домофона появилась знакомая машина. Только тогда я смогла расслабиться. Ворота отворились, и в гараж въехал белый «Мерседес» мужа. Еще до того, как двигатель затих, из задней двери автомобиля выскочил вернувшийся от бабушки Сынчжэ. Он казался раздраженным и насупленным. Я сразу заметила, что его штанины задрались выше лодыжек. Сын рос не по дням, а по часам.
– Сынчжэ, ты поужинал с бабушкой?
Он ничего не ответил и тут же направился в свою комнату на втором этаже. Неужели чем старше становится ребенок, тем меньше слов он произносит? В последнее время он стал смотреть на меня с раздражением.
Мне казалось, что у моего сына начался переходный возраст. Его круглое, симпатичное лицо стало более мужественным, а вокруг рта начала пробиваться щетина. Он все больше ценил личную жизнь и всегда запирал дверь на щеколду. Для Сынчжэ я была незваным гостем, назойливым нарушителем, который иногда стучал в его дверь.
– Как прошла встреча? – Муж взглянул на меня и широко улыбнулся. Тревога исчезла мгновенно при виде его улыбки. Я весь день ждала этого теплого, ободряющего жеста.
Он был крепкого телосложения, но в последнее время начал терять вес из-за стресса на работе. Мне было грустно видеть, как пиджак висит на нем, делая фигуру еще более худой.
