– Ага! Ты небось тоже так можешь прыгнуть?.. – торжествующе произнёс Вова и взглянул на Миколку.
– Я выше смогу! – ответил с живостью тот.
– Врёшь!
– Не, не вру! Зачем врать? Бог врать не велел. Давайте перепрыгну! – предложил он тут же.
– Нет, тебе прыгать нельзя! – хором закричали мальчики. – Ты болен, тебя в постель положили.
– Эва! Болен! – рассмеялся Миколка. – Ничего не болен. Был малость уставши, теперича отошёл. Тащи сюды, что повыше, живо перескочу.
– А через комод перескочишь? – спросил Арся Иванов, недоверчиво взглянув на Миколку.
– Перескочу!
– Ой, не перескочишь!
– Ой, перескочу!
– А ну-ка, братцы, выдвинем комод!
Антоша Горский, Павлик Стоянов, Алек Хорвадзе и Вова Баринов, четверо самых сильных мальчиков, подбежали к комоду и стали двигать его на середину комнаты. Комод трещал, скрипел, визжал всеми своими пересохшими досками, но не двигался с места.
Миколке вскоре надоело лежать и смотреть, как четыре «барича» двигают «махину», а сдвинуть не могут. Быстрее молнии вскочил он с постели и, путаясь в длинной до пят ночной сорочке одного из мальчиков, надетой на него, очевидно, во время обморока, подскочил к комоду. Поплевав себе на ладони, он напряг все мышцы, упёрся руками в комод и изо всей силы толкнул его вперёд.
Трык!.. Комод, перевёрнутый на сторону, сдвинут с места. На пол вывалена целая куча всевозможных вещей.
Чего тут только нет!.. Галстуки розовые, голубые, красные, лиловые, воротнички всех цветов и фасонов, шарфы; манжеты, запонки, бутылки с духами, коробки с зубным порошком, носки белые, носки цветные, жилеты полосатые, жилеты клетчатые и так далее и так далее – словом, целый модный магазин.
Комод этот был собственностью месье Шарля, француза-гувернёра мальчиков, прозванного ими Жирафом. И всё содержимое комода тоже принадлежало Жирафу. Он привёз эти вещи в трёх больших ящиках из Парижа и очень дорожил ими.
– Вот-то скроит физиономию Жираф, когда увидит все свои жилеты и галстуки в таком виде! – весело закричал Павлик Стоянов, высокий и прямой как жёрдочка мальчик, живой и весёлый как бесёнок.
– И поделом ему!.. Не придирайся к нам и не будь несправедливым! – подхватили остальные проказники на разные голоса.
– Братцы! Я придумал штучку! – воскликнул весельчак Витик Зон и залился серебристым смехом.
Он быстро нагнулся и, пошарив в куче вещей, вынул оттуда огненно-красный галстук, розовый воротничок, четыре разноцветных носка и голубую манишку. Всё это он спрятал за спинкой дивана, стоявшего в углу комнаты, и, как ни в чём не бывало повернув к товарищам смеющуюся рожицу, произнёс спокойно:
– Ну а что же скачки?
– Будут, конечно! – ответил за всех Павлик и, обратившись к остальным, крикнул: – Поднимай комод, рыцари!
Мальчики бросились к комоду, кое-как втиснули в него всю груду жилетов, носков, галстуков и воротничков и поставили комод на середину комнаты. Когда всё было готово, Миколка, как был, в одной рубашке и босой, отбежал в самый конец комнаты, опять поплевал на руки и весело крикнул:
И тут же перескочил через комод.
– Вот так прыжок!
– Ну, моё почтение!
– Здорово, брат!
– Будем друзьями?
– Нет, его в рыцари в эту же ночь посвятить надо!
– В рыцари! В рыцари! Непременно!
– Штукенция, я вам скажу!
– Браво! Браво!
– Ей-богу же, молодчага!
Возгласы восторга, восхищения, похвал так и посыпались на Миколку.
Миколка, в одной рубашке, весь сияющий, довольный и торжествующий, сидел на комоде и с самым победоносным видом поглядывал на своих новых друзей, от удовольствия болтая босыми ногами. Мальчики окружали его теперь, как верные рыцари своего короля. Их возбуждённые, разрумяненные лица обратились к нему. Синие, зелёные, серые и чёрные глазёнки влажно и мягко сияли. Миколка оглядывал новых приятелей дружеским взором и вдруг разом насторожился. Улыбка сбежала с его лица. На него в упор смотрели два чёрных сердитых глаза. Насмешливая улыбка кривила тонкие губы бледного высокого мальчика, стоявшего в стороне от других. Казалось, он хотел сказать этой улыбкой: «Ну вот ещё, нашли чем восхищаться».
Алек Хорвадзе тоже заметил насмешливое бледное лицо со злыми глазами.
– Ты чего ехидничаешь, Гога? – обратился Алек к мальчику.
– Молчи, Хорвадзе! – ответил презрительно Гога. – Ты такой же глупый, как и остальные! Нашли чем восхищаться! Мужик умеет прыгать! Удивительно, подумаешь! Да он только и делал, что скакал и прыгал у себя в деревне. Нет, вы посмотрите лучше, как барин, настоящий барин может прыгать, как может быть ловок и грациозен даже в такую минуту!
– Это кто же настоящий-то барин? Ты?
– А хотя бы и я!
– Ха-ха-ха, ха-ха! Барин! Гога Владин – барин! – захохотали мальчики. – Ну, прыгай, барин, покажи своё искусство!
