На этот раз Майсиля не было долго. Мама писала, что он весь, с головой, погрузился в учёбу и вообще стал какой-то загадочный. Зима заканчивалась, Лило то и дело начинала вопросительно заглядывать Лисе в глаза, время, с её точки зрения поджимало. Написать, чтобы поторопился? Нет, в этом есть что-то неправильное. В конце концов, брат возник на пороге Дома со Скрипом с порывом холодного ветра и брызгами мороси, которая уже который день сыпалась с неба, кинул на пороге дорожную сумку, чмокнул бабушку в щёку, встрепал сестре чёлку и тут же унёсся. Лисса, с бабушкой Май в предвкушении грядущего развлечения уселись у кухонного окошка — чайку попить, время скоротать, заодно и не выпускать из вида подход к дому.
Всего часа через два — небывало короткий срок для его гулянок, Май ввалился на кухню, мокрый и хмурый, как туча и обвиняющее наставил палец на сестру:
— Ты всё знала!
Та одновременно с пожатием плечами, развела руками. Ещё и улыбнуться застенчиво попыталась, но вместо того, получилась злорадная ухмылка.
— И не предупредила!
— А должна была? — Лисса вопросительно склонила голову на бок. — Или ты что-то имеешь принципиальное против брака и я поставила тебя в неловкое положение?
— Да нет, — Майсиль рухнул на табурет, рассерженно застонавший под ним. — Я собственно и сам собирался сделать Лилокан предложение. Потом. Когда закончу учиться и хоть немного на ноги встану. А тут всё будет прямо сейчас и в придаче к Лило я получу ещё и весь табор её сестрёнок. И время «на подумать» у меня только до завтра.
— Что, боишься, что на всех тебя не хватит? — чисто по-сестрински подколола его Лисса.
— При чём тут это? — оскорблено вскинулся Майсиль и тут же притух, — ходя да, и в этом тоже, понятия не имею, как справляться с целым гаремом женщин.
— Ой, — весело воскликнула бабушка Май, — а не ты ли внучек, ещё совсем недавно, пока встречался с одной девушкой, кокетничал с другой и строил глазки ещё трём?
— Мужчины не кокетничают и глазки не строят! — насупился Майсиль, но это, по-видимому, было единственное его возражение. — Ай, да что с вами говорить, ни помощи, ни сочувствия! — и он унёсся вверх по лестнице, громко бухая ботинками по светлым полам.
— Вот! — Лисса назидательно подняла вверх палец. — И это он ещё не подумал, сколько тёщ получает разом.
— Я надеюсь, ты не собираешься указывать ему на это упущение, — заговорщически улыбаясь, склонилась к ней бабушка. — По крайней мере до завтра.
— Завтра? — задумчиво сама у себя переспросила Лисса. — Это к нам завтра ввалится целая толпа соседок? А у меня дом не убран!
Дом согласно крякнул.
К Дому со Скрипом Кайрен приближался с некоторым внутренним трепетом, хотя на этот раз речь должна была идти вовсе не о его браке — снежные звёздочки выпустили уже три парных настоящих листа, а вот цветочных стрелок пока не видно было ни одной. Вчера под вечер, как обычно заглянув в гости к Лиссе, застал там форменный сумасшедший дом. Лиссандра носится с вениками и тряпками, её брат, которого опять какие-то склиссы подземные непонятно зачем сюда приволокли, ругается на чём свет стоит, но таскает туда-сюда вёдра с грязной и чистой водой, бабушка Май хихикает, но тоже, перьевой пуховкой сметает пыль с мебели. От неё-то Кайрен и узнал в чём тут дело, и поспешил убраться, пока и его не припахали к помывочному делу.
Сегодня обстановка была совсем иная. Вблизи стали видны следы пребывания в доме множества людей: калитка распахнута настежь и вроде бы даже слегка покосилась, газон вытоптан и по нему разбросаны клочки чего-то мелкого, и трудно узнаваемого, вроде конфетных фантиков или обрывков упаковочной бумаги.
Он прошёлся по гулким и пустым комнатам, поднялся на второй этаж — Лисса нашлась у себя в мастерской. Девушка то и дело принималась нервно хихикать, утирая выступающие на глазах слёзы. В таких условиях спрашивать: «Как всё прошло?» было бы чистым издевательством, но он всё-таки спросил — слишком было любопытно. Лиссандра, перед тем как начать отвечать, глубоко вдохнула, выдохнула и принялась за повествование:
— Традиции и церемонии очень облегчают жизнь и проблемы взаимопонимания, но только если вы в курсе всех этих церемоний и понимаете их значение, — неуместный смех попробовал прорваться сквозь маску серьёзности, но она придавила его. — Здесь, если ты не знаешь, предложение о вступлении в брак принято делать женщинам, причём всем вместе.
— То есть?
— То есть, собираются все красотки, которые по возрастному цензу не могут считаться жёнами предыдущего хозяина гарема, наряжаются нарочито скромно но красиво, приходят к избранному мужчине, становятся в круг, потом опускаются перед ним на колени и заводят ритуальную свадебную песнь. Слова сам почитаешь, если интересно, я воспроизвести не смогу — боюсь ухохотаться, — она снова подавила приступ веселья. — Но там всё на тему: мы, такие красивые и разные, пришли к тебе, умному да сильному, так бери же нас, и далее по тексту понятно. А они ещё при этом и смотрят не опуская взгляда, просительно и восхищённо.
