— Эта стена тогда была глухая, теперь есть окна, — и подойдя к одному из них, что у самой земли, добавил: — Это мы пробивали стенку, отсюда начали рыть ход сообщения к мельнице, а вот у того окна стоял наш «максимка».
Бывших солдат вышли встречать все жильцы легендарного дома. Среди них: учителя, врачи, рабочие, служащие и пенсионеры. Но никого из тех, кто жил в этом доме до войны и кто ютился в подвалах во время боев. Начались дружеские объятия, крепкие рукопожатия, взволнованные речи. По русскому обычаю нам преподнесли хлеб-соль. Школьники дарили букеты живых цветов и каждому из нас повязали пионерские галстуки.
Нас пригласили в дом. Мы обошли все подвалы, побывали в квартирах, где каждый уголок, каждый камень были частицей нашей жизни, а может, и больше. Вокруг было все знакомое до мелочей. В Красном уголке, где у нас были тогда огневые точки, собралось много народу. Рамазанов и Воронов выступили с воспоминаниями.
Прошел год. Мы снова встретились в Сталинграде. На этот раз приехал Яков Федотович Павлов. Мы его запомнили в потертой гимнастерке, в коричневой кубанке, а теперь перед нами сидел человек в темно-синем штатском костюме, на груди — Золотая Звезда Героя Советского Союза.
Мы уже знали, что он учится в высшей партийной школе при ЦК КПСС. После битвы на Волге сержант сменил военную специальность и в последующих боях участвовал артиллеристом. Сначала замковым, потом наводчиком, затем командиром отделения разведки и, наконец, старшиной батареи. Войну закончил в Восточной Пруссии. Два ордена Красной Звезды и две медали «За отвагу» говорили о подвигах и бесстрашии отважного воина, а в июле 1945 года Указом Президиума Верховного Совета СССР Яков Федотович был удостоен звания Героя Советского Союза.
Из Ольховского района Сталинградской области на празднование 15-й годовщины разгрома фашистским войск у Волги прибыл и бывший командир нашего батальона Виктор Иванович Дронов. После Сталинграда он так же, как и многие другие, прошел трудный боевой путь. Все послевоенные годы оставался в рядах Советской Армии. Дослужил до подполковника и вот уже какой год работает военкомом в Ольховском райвоенкомате. Он и теперь оставался таким же спокойным, скромным, каким мы его знали в бою.
День 2 февраля выдался холодным и морозным, но это не мешало торжественно и празднично отметить славную дату. Город проснулся рано. Уборочные машины и дворники еще не успели очистить улицы и тротуары от снега, а на площадь имени Павших борцов уже шли сталинградцы, чтобы возложить венки на братскую могилу павших героев. Но самое волнующее событие в тот день произошло на Мамаевом кургане. Здесь состоялся, многотысячный митинг, посвященный закладке памятника-монумента.
В тот же день вечером состоялась волнующая встреча с бывшим командующим 62-й армии, ныне Маршалом Советского Союза Василием Ивановичем Чуйковым и бывшим командиром 13-й гвардейской стрелковой дивизии генерал-полковником Александром Ильичем Родимцевым.
Во время великой битвы на Волге они вместе с солдатами делили тяготы суровых дней обороны города. Своим руководством обеспечивали отражение натиска врага и его разгром.
Наши военачальники не меньше нас были взволнованы встречей. В беседе с ними мы вспомнили командира полка, ныне генерала запаса Ивана Павловича Елина, который уделял большое внимание нашему гарнизону, капитана Алексея Ефимовича Жукова, командира пулеметной роты Алексея Алексеевича Дорохова, политрука Вачека Авагимова и многих других. Кто из них остался в живых? Где они?
В Сталинградском музее обороны мы узнали, что многих наших боевых друзей по обороне дома нет в живых. Кроме Свирина, Ханта и младшего лейтенанта Чернышенко, которые отдали жизни в боях за Сталинград, где-то на дорогах войны смертью героев пали в боях за Родину. Александров, Черноголов, Довженко, Бондаренко, Сабгайда; в 1953 году умер Николай Мосиашвили. О судьбе других пока ничего не было известно.
Прошло еще несколько лет. Каждый из нас постарел, да и в самой жизни тоже произошли кое-какие изменения. Глущенко, например, ушел уже на заслуженный отдых и переехал в другую станицу, ближе к сыновьям. Павлов окончил партийную школу, несколько лет работал секретарем райкома партии в родном Валдае, затем переехал в Новгород и теперь трудится на одном из промышленных предприятий города. Воронов, несмотря на болезнь и слабое здоровье, до сих пор принимает активное участие в жизни своего села. Вот уже какой раз его избирают депутатом местного Совета, и руководит он партийной организацией своего колхоза. Я так же, как Глущенко и Павлов, сменил местожительство. Из Борисоглебска переселился в Сталинград, который к тому времени стал еще краше.
