– Иди, – я вздохнула и постаралась если не улыбнуться, то хотя бы не дрожать так явно. – Теорию я знаю, просто никогда это еще не проделывала сама.
Шиш ободряюще мне подмигнул и последовал за преподавателем.
– Что ж. – пробормотала я себе. – Надо становиться оптимистом. От безысходности. Все просто должно стать лучше, потому что хуже уже некуда.
На самом деле ничего слишком сложного в сборе семян не поджидало, просто предстояло сконцентрироваться и не спешить.
– Итак, – начала я проговаривать сведения из книг, снабжая их своими комментариями, – розития обладает жгучими листьями, опасными для кожи человека. Если тут же не начать лечение, то яд или оставит следы на всю жизнь, или разъест кожу до такой степени, что жить уже не захочется.
Похоже, хоть говорила я не слишком громко, но за преподавательским столом меня услышали, потому как один из профессоров одобрительно хмыкнул.
– В природе произрастает небольшими скоплениями растений высотой до двух метров, – взбодрилась я и приблизилась вплотную к зарослям. – Обладает, как и все растения подобного вида, уникальной особенностью, проявляющейся в способности одновременно и цвести, и плодоносить, особенно, если растению предоставить идеальные условия.
Надо сказать, что в этом плане садовники и травники академии постарались, устроив для растения настоящий пир посреди зала.
– Почва по составу приближена к привычной для растения, с высоким содержанием азота, – бодро вспомнила я даже эту незначительную деталь, принюхавшись, хотя за зловонием все равно ничего различить не удалось. – Благодаря этому розития смогла вытянуться здесь до рекордных. – я оценивающе запрокинула голову. – Три метра с половиной? Растению свойственно начало цветения снизу вверх, чтобы, если семена начнут отделяться от черенков, они не причиняли вред колосовидным соцветиям. Где у нас тут переход?
Присев на корточки, я осмотрела стволы ближайших растений, а за спиной слышались довольные смешки преподавателей и вздохи студентов, которые пропустили этот не слишком важный на первый взгляд момент.
– Семена ядовиты в сыром виде, но не для всех, – припомнила я уже из собственных исследований по ядам. – Семечка розитии по форме немного напоминает мелкий желудь без шляпки и входит в рацион такого интересного представителя грызунов Подлунного мира, как местные серые белки. Они же распространители розитии. И что это значит? Это значит, что на уровне созревающих плодов листья безвредны. Если только не растирать их сознательно между пальцами.
Проговорив все это вслух, я, как сидела на корточках, так и поползла в заросли, хотя верхние, еще зеленые шишечки семян виднелись на уровне полутора метров над землей. Но зачем рисковать?
Требуемые Ардусом десять семян я собрала за минуту, осторожно выкручивая их из колосьев. Ноги тряслись, и даже когда я с гордым видом на коленях выбралась из зарослей, встала не сразу.
– Молодец, – сдержано усмехнулся Ардус, принимая собранные мною увесистые темненькие семечки с зеленоватым блеском.
– Прекрасно, студентка! – привстал профессор Арберт. – Считайте, что этот же зачет на третьем курсе я вам уже засчитал. Надеюсь, если вы так хорошо знаете теорию, то станете отличницей на моем предмете.
Хотелось признаться, что вместо статуса отличницы хочу поскорее удрать из зала, а еще лучше – из академии, но я вовремя затолкала эти слова обратно.
– Пошли. – ухватив Шишеня за руку, я потащила его к выходу. – Пошли.
Уже на дорожке по пути к общаге, я наконец собралась и решительно выдохнула:
– Чтобы я еще раз пошла у тебя на поводу, когда ты предлагаешь какую-нибудь затею? Да никогда!
Да, именно так. И не важно, что все наши совместные затеи с Шишем начинались с меня.
В деле перекладывания вины на других я занимаю почетное второе место, сразу за бабушкой.
В четверг, войдя с подругами в столовую, я тут же почувствовала, что за мной наблюдает куда больше людей, чем обычно. Казалось, что все студенты третьего курса, как и четвертого поглядывали в нашу сторону. Лишь будущие выпускники занимались собой и своими тарелками.
– А почему на тебя все пялятся? – нервно оглядываясь, спросила Мелисса, первой из нашего курса обратив внимание на странные перешептывания за столиками на противоположной стороне зала.
– Да ничего. – попыталась я оттянуть неизбежный рассказ.
– Ха! Да уж! Ничего, – захмыкала Дина.
– А? Дина? А мне рассказать? – обиженно вякнула блондинка, сообразив, что мы лишили ее вкусной свежей сплетни.
– Ты подожди, – расплылась в усмешке Дина и теперь обиженно завопила я, – и слухи сами доберутся до ушей.
– Какие слухи? – оторвался от своей овощной лазаньи Адам.
– О том, как наша Липа утерла нос всему третьему курсу магов и колдунов.
Зашипев, я дернула девушку за рукав жакета, видя, как все наши ребята заинтересованно уставились на меня, а потом пытливо – на Дину.
– Ну-у-у?.. – настойчиво протянула Мелисса, продолжая обиженно сопеть.
