Онрак опустил голову и принялся разглядывать свои тени. Существовала ли враждебность между ним и тенями? Нет. Скорее наоборот; тени были частью его. Впрочем, не совсем так: он оставался их хозяином, а они — его рабами. Или это ему только казалось?
«Вы — мои молчаливые соплеменники. Одни из вас бегут впереди, другие плетутся следом, третьи окружают меня с боков. Есть и такие, кто прячется подо мной. Мое тело… правильнее сказать, мои кости и жилы… они создают облик вашего мира. Однако ваши ширина и протяженность принадлежат Свету. Вы — мост между мирами, хотя сами не можете и шагу ступить. Вы неосязаемы. Вас можно лишь увидеть и почувствовать».
— Онрак, ты теперь закрыт от нас.
Т’лан имасс поднял голову. Перед ним стоял Монок Ошем.
— Да, заклинатель костей, я закрыт от вас. Ты во мне сомневаешься?
— Я желаю знать твои мысли.
— Мои мысли… В них нет ничего особенного. Так, пустяки.
— И все-таки я хочу знать, о чем ты думаешь, — настаивал шаман.
Онрак ответил не сразу.
— Заклинатель костей, я ведь по-прежнему остаюсь на вашей тропе.
— Нет, эта связь отсечена.
— Нужно найти соплеменников-предателей. Они — наши… тени. Сейчас я нахожусь между вами и ими. Я могу привести вас к ним. Я знаю, где искать и на какие признаки обращать внимание. Уничтожив меня, вы лишитесь этих преимуществ и будете охотиться наугад.
— Выговариваешь условия, дабы сохранить свою шкуру?
— Да, заклинатель костей.
— Тогда скажи нам, куда скрылись предатели?
— Я скажу… в надлежащее время.
— Говори сейчас.
— Нет.
Монок Ошем некоторое время молча глядел на строптивого воина, затем вернулся в круг.
Развалинами древнего города завладел Телланн. Из глины поднимались северные цветы, которых здесь никогда не видели. Не встречали тут прежде и мхов с лишайниками, а также крупных черных мух, жужжащих у самой земли.
Четверо тисте лиосан бесстрастно следили за разворачивающимся действом. Эмаль их доспехов, как и все вокруг, сделалась ярко-пурпурной. Трулль Сенгар остановился слева от Онрака, плотно скрестив на груди руки. Он был похож на призрак.
— Мы готовы, — сказал Монок Ошем, приблизившись к сенешалю.
Джорруд кивнул.
— Тогда я начинаю произносить молитвы. Скоро и ты, и все убедятся: наш бог Озрик вовсе не исчез бесследно. Будь же свидетелем его силы.
Шаман промолчал.
— А когда вам понадобится моя кровь? — спросил Трулль. — Кому из вас достанется удовольствие ранить меня?
— Сам выбирай, — ответил ему Монок Ошем.
— Что ж, тогда я выбираю Онрака. Он — единственный, кому я доверяю. Простите, если кого обидел. Просто с Онраком я успел хорошо познакомиться.
— Это должен сделать я, — заявил сенешаль Джорруд. — Сила Озрика замешана на крови.
Кажется, только Онрак заметил, как лицо шамана слегка дернулось.
«Вот и ответ на твои слова, тисте лиосан».
— Не забывайте: мне придется пролить и свою кровь, — добавил сенешаль.
Трулль Сенгар упрямо замотал головой.
— Нет. Или Онрак, или… никто.
Он вдруг разомкнул руки. В каждой из них было зажато по «морантскому гостинцу».
Джорруд презрительно фыркнул.
— Сенешаль, позволь мне убить негодяя! — воскликнул порывистый Эниас. — Тогда у нас будет достаточно крови тисте эдур!
— Попробуй, — подзадорил его Трулль. — Сразу убедишься, что крови тисте лиосан будет еще больше. В том числе и твоей собственной. Заклинатель костей, ты узнаёшь эти штучки?
— Малазанцы зовут их «руганью», — вместо шамана отозвался Ибра Голан. — Мы стоим близко. Тут и одной хватит на всех.
— И даже шкура дхэнраби у тебя на плечах не спасет твою собственную! — ухмыльнулся Трулль.
— Ты прав, — согласился Ибра Голан. — Доспехи плохо защищают от «гостинцев». Заклинатель костей, лучше с ним не спорить.
Монок Ошем повернулся к Джорруду.
— Я согласен. Не будем терять времени. Приступай уже, сенешаль.
— Не тебе командовать мною, — огрызнулся Джорруд. — А ты, тисте эдур, еще многого не знаешь. Дай нам только создать портал. Потом ты сполна ответишь за свою дерзость.
— Там видно будет, — невинным тоном ответил ему Сенгар.
Сенешаль расправил свой забрызганный кровью плащ и вступил внутрь круга. Он опустился на колени, уперся подбородком в грудь и закрыл серебристые глаза.
Мухи образовали над ним жужжащий венец.
Ответ бога не заставил себя ждать. По внешней стороне круга вспыхнули язычки пламени. Трое соплеменников Джорруда отправились сворачивать лагерь.
В круг вошел Монок Ошем. Его сопровождали Харан Эпал и Олар Шайн — воины из клана Ибры Голана.
— Если хочешь уцелеть, стереги своего дружка, — велел Онраку предводитель клана. — Это сейчас главная твоя забота. Что бы ты ни увидел — не отвлекайся.
— Постараюсь, — кивнул Онрак.
Он в который уже раз убедился: читать мысли соплеменников можно и без единения душ. Т’лан имасс подошел к Труллю Сенгару.
— Нам пора в круг. Иди за мной.
Тисте эдур кивнул.
— Возьми ящик. Сам видишь, у меня руки заняты.
Трулль заблаговременно прицепил к ящику лямки. Онрак взялся за них и повел своего спутника в круг.
Тисте лиосан свернули лагерь и теперь седлали белых лошадей.
