Тень и дух воссоединились… звери были совершенно необычайными. Они как бы созданы из двух разных сил, скованных воедино аспектов. Онрек выпустил псов, да — но если подумать, вряд ли освободил. Тень от Тьмы. Отброшенное… и то, что бросает. Воин опустил взор к множеству своих теней. Есть ли вражда между ним и ними? Связь явно есть. Но он хозяин, а они рабы.
«Или так кажется… Мои молчаливые родичи. Вы идете впереди. Или позади. Вы качаетесь по бокам. Горбитесь под ногами. Ваш мир подражает форме моей плоти и кости. Но длина и ширина принадлежат Свету. Вы мосты между мирами, но по вам не пройдешь. Нет сущности. Только ощущение».
— Онрек, ты закрыт для нас.
Он поднял взгляд. Монок Охем стоял рядом. — Да, Гадающий по костям. Я закрыт. Вы во мне усомнились?
— Хотелось бы знать твои мысли.
— Они… несущественны.
Монок Охем склонил голову к плечу: — Тем не менее.
Онрек ответил на сразу. — Гадающий. Я остаюсь на вашей тропе.
— Но ты отсечен.
— Изменников нужно найти. Они наши… тени. Я стою между ними и вами, так что смогу вас провести. Я знаю, куда смотреть, какие знаки искать. Уничтожьте меня, и потеряете преимущество в охоте.
— Ты торгуешься за… продолжение?
— Да, Гадающий по костям.
— Тогда укажи нам тропу, по которой двинулись ренегаты.
— Укажу… когда это будет нужно.
— Сейчас же.
— Нет.
Монок Охем уставился на воина, а потом отвернулся и ушел в круг.
Там господствовал Телланн. Из грязи вылезли цветы тундры, мхи и лишайники. У ног клубились черные мошки. В дюжине шагов были четверо Тисте Лиосан, эмалевые панцири мерцали в странном багряном свете.
Тралл Сенгар следил за ними, находясь шагах в пятнадцати слева от Онрека; он крепко охватил себя руками, на исхудалом лице было затравленное выражение.
Монок Охем подошел к сенешалю: — Мы готовы, Лиосан.
Жорруде кивнул: — Тогда я начну молитвы, Неживой Жрец. Вам будет доказательство, что Владыка Озрик вовсе не потерян для нас. Вы испытаете его мощь.
Гадающий промолчал.
— И когда, — спросил Тралл, — я начну проливать кровь? Кто из вас получит удовольствие меня ранить?
— Тебе выбирать, — отозвался Монок.
— Отлично. Выбираю Онрека — лишь ему я готов довериться. Извините, если кого обидел.
— Это должно быть моим правом, — заявил Жорруде. — Кровь лежит в сердце силы Озрика…
Лишь Онрек заметил, что гадающий вздрогнул. Воин кивнул сам себе. «Столь ясный ответ в его словах…»
— … и поистине, — продолжал Жорруде, — я должен буду пролить и свою.
Тралл, однако, покачал головой. — Только Онрек. Никто иной. — Он развел руки, показав два глиняных шара в ладонях.
Жорруде лишь фыркнул, а Лиосан по имени Эниас зарычал: — Даруйте мне право его убить, Сенешаль. Недостатка в эдурской крови не будет.
— Давай, и я гарантирую также избыток крови Лиосан, — сказал Тралл. — Гадающий по костям, узнаешь эти припасы?
— Известны среди малазан как долбашки, — ответил Ибра Гхолан, вождь клана. — Хватит и одной, мы стоим близко.
Тралл ухмыльнулся, глядя на воина-Имасса. — Даже шкура дхенраби на твоих плечах не спасет, верно?
— Верно, — ответил Гхолан. — Любые доспехи от них защищают не особенно хорошо, если вообще защищают.
Монок Охем повернулся к сенешалю. — Соглашайся с ним, — сказал он. — Начинай молитвы, Лиосан.
— Не тебе отдавать приказы, — рявкнул Жорруде, сверкнув глазами на Тралла. — А тебе, Эдур, многому нужно научиться. Мы создадим врата, а после посчитаемся.
Тралл пожал плечами: — Как желаешь.
Поправив намокший в крови плащ, сенешаль вышел на середину круга. Встал на колени, опустил подбородок на грудь и сомкнул блестящие серебристые глаза.
Черные мошки окружили его зудящим облаком. Связь Жорруде с богом оказалась сильной и быстрой. Золотое пламя родилось к жизни за границами круга. Трое Лиосан вернулись в лагерь и начали собираться.
Монок Охем вернулся в круг, сопровождаемый родичами, которых звали Харан Эпаль и Олар Шайн. Вождь клана обратился к Онреку: — Тщательно охраняй товарища, если хочешь, чтобы он выжил. Думай только об этом, Онрек, что бы ни увидел.
— Так и будет, — отвечал Онрек. Во многих случаях, начал он понимать, не обязательно соприкасаться с душами сородичей, чтобы знать их замыслы. Он подошел к Траллу. — За мной, — велел он. — Мы должны войти в круг.
Тисте Эдур поморщился, но кивнул. — Бери ящик с припасами. У меня руки заняты.
Тралл успел приделать к ящику ремень; Онрек подхватил его и повел спутника в магический круг.
Трое Лиосан собрали лагерь и седлали белых коней.
Пламя продолжало взлетать и опадать за границей круга. Его полоса казалась узкой и безопасной, но Онрек ощущал близость бога Лиосан — или, по меньшей мере, внешней черты его обманного облика. Осторожен, недоверчив — не к сенешалю, разумеется. Однако для удачи дела духу придется встать на самом краю этого мира.
Когда Жорруде предложит свою кровь, мост между ним и божеством окажется завершен.
Стук копыт возвестил о приближении остальных Лиосан.
Онрек вытащил из-под гнилых шкур небольшой обсидиановый нож с кривым лезвием и передал Траллу. — Когда я велю, Тралл Сенгар, порежь себя. Хватит пары капель.
Тисте Эдур нахмурился: — Я думал, ты…
