– Да, ты нам нужна тут. Мы без твоих плюшек не проживём. И без внимания – тоже, – Вугар приобнял жену.
– Вы без меня просто пропадёте, – рассмеялась Наргиз.
– Я вызвал водителя, ехать несколько часов. Вздремнёшь. Полюбуешься пейзажами за окном.
– Не волнуйтесь за меня. Я взрослый мальчик. Тем более чувствую я себя значительно лучше, чем вчера.
– И морально тоже? – уточнил Вугар.
– И морально, – подтвердил Юсиф. – Вугар, у тебя прекрасная семья. Наргиз – какая красавица! Береги её. Я за один день душой отдохнул.
– Знай, мы всегда ждём тебя в нашем доме, – сказала Наргиз.
Юсиф даже не распаковывал вчера чемодан, и сборы прошли быстро. Он сел в машину. Баку! В окне мелькали проспекты и улочки. Всё было родным и дорогим сердцу. Он вспоминал детство, как они гуляли с родителями по набережной. Как всё казалось возможным. И всё было впереди. Во что он тогда верил? В успех, в космос, в себя, в свои достижения, в поступление в МГУ. В любовь, конечно. Ему было пятнадцать. Он шёл с родителями и сестрой. Была чудесная погода. Весна, май. Баку цвёл чудесной зеленью поздней, тёплой и магической весны. Ему нравилась девочка из параллельного класса. Нармина. Стройная, строгая отличница, интроверт. В тот день он думал о ней. И эти мысли наполняли его весну волшебством. Она была настолько неприступна, практически ни с кем не общалась. Её холод был таинственным. И именно этим она зацепила Юсифа. Той весной он витал в облаках. Мир казался прекрасным и удивительным, открытым ему всеми своими многочисленными гранями.
– Сын, что ты знаешь о любви? – видя его одухотворенность, спросил отец.
– Ну… Я люблю тебя, маму… – сказал тогда Юсиф.
– Нет, я о другой любви. О любви между мужчиной и женщиной, – разъяснил отец.
– Мужчина влюбляется в женщину. Женится на ней. У них рождаются дети…
– Это понятно. Что лучше – любить или быть любимым? – задал сложный вопрос папа.
– Пап, конечно, быть любимым, – поспешил с ответом Юсиф.
– Хорошо подумай.
И тут Юсиф вспомнил Нармину и как приятно становится в его животе, когда он о ней думает, как щекотно внутри.
– Я передумал. Наверное, всё-таки любить самому.
– Ты близок к истине, мой друг. Любить – само по себе большое счастье. А любить взаимно – подарок небес. К сожалению, не все это ценят.
– Я ценю. Честно. Ценю то, что ты вы с мамой есть у меня.
– Мы тебя тоже очень любим. И уважаем. И ценим. Мне искренне хочется, чтобы в твоей жизни случилась настоящая любовь, которую захотелось бы беречь. От чужих глаз, от несчастий, бед, недопонимания. Знаешь, любовь – это не только большое чудо, это и работа, сынок.
– Как это – работа? – не понял Юсиф.
– Охранять её, любовь – это сложная и кропотливая работа. В жизни слишком много испытаний, соблазнов. И лишь те, кто научатся любить и оберегать это чувство, выживут в море зависти, лжи и поисков лучшего.
Как тогда был прав отец! И всю глубину тех слов Юсиф, видимо, понял только сейчас. Они с Ликой не сберегли то, что было дано им в начале. Растеряли, растранжирили своё богатство – семейное счастье. Остаётся верить, что любовь приходит не один раз. И каждый из них имеет шанс обрести её снова и начать всё сначала. Городские бакинские пейзажи сменились совершенно другой местностью. Дорога в Исмаиллы удивляла картинными пейзажами, зеленью, горами, свободой. Захотелось открыть окно машины и выкрикнуть что-то несомненно оптимистичное.
– Всё будет хорошо, – произнёс Юсиф шёпотом в противовес своим мыслям. И, кажется, сам поверил в сказанное.
***
Матраса – один из лучших аборигенных азербайджанских винных сортов винограда, относится к эколого-географической группе восточных сортов. Нашёл распространение в Дагестане и республиках Средней Азии.
Саперави
В Исмаиллы почва богата марганцем, железом и карбонатами. Это лучшим образом сказывается на виноградной лозе. Адриано сделал глоток вина. Прошлый год удался. Однозначно, удался. Время близилось к обеду, и терпкие глотки вина пробуждали аппетит.
– Выбери дело по душе и не будешь работать ни дня, – всегда говорил ему дед, профессиональный портной, итальянец Андреа.
В этом году деду бы стукнуло девяносто пять, но пару лет назад его не стало. Его не стало физически, но душа его всегда была рядом с Адриано. Они с дедом были очень дружны. Андреа, не будучи сам виноделом, много рассказывал внуку о традициях итальянцев в выращивании винограда. Они колесили на его стареньком автомобиле по Италии, смотрели на виноградники и мечтали о будущем, о любви, о мире во всём мире. Для деда, прошедшего войну, мир значил очень много. Дед – это целая эпоха. Он умел любить и ждать, как, наверное, могут немногие. Его история – счастливая и горестная одновременно.
