– Мне не страшно, – процедил Ли. – Не страшно.
Он открутил крышку и отложил её в сторону, а потом заглянул в банку. Запах оказался неожиданным – вовсе не таким мерзким, как думал Ли. Из банки повеяло листьями, вскопанной землёй, чистой водой. Ли неожиданно перенёсся под сень деревьев гикори. Напротив него на влажной траве сидела Эсси Хастинг.
* * *– Я знала, что тебе можно довериться, – сказала она тихим дрожащим голосом. Он вдруг заметил, что она плачет. Крупная слеза капнула ей на кроссовку, оросив неоновый шнурок. – Знаю, что твоя родня думает о таких, как я. Но я не сдержалась. У меня не было выбора.
– Понимаю, – отозвался он.
Ему хотелось крепко обнять Эсси, окружить её теплом, подставить своё плечо. Но он не привык к прикосновениям и не знал, с чего начать. Он вытянул было руку, но потом в панике резко опустил, и ладонь упала Эсси на лодыжку. На кожу ему вдруг капнула новая слеза. И вдруг мучительная неловкость прошла. Он почувствовал себя нужным. Ощутил уверенность и спокойствие. Его пальцы обвили худенькую лодыжку Эсси.
– Вообще мне живётся не так уж и плохо, – призналась она. – Я выполняю поручения госпожи Страсть. Ничего в них страшного нет – обычно я просто помогаю ей влюбить людей друг в друга, разношу цветы.
– И что же? Выходит, эти цветы – как купидоньи стрелы?
– Не смейся надо мной, пожалуйста.
– А я и не смеюсь, – сказал он и ещё раз сжал её ногу. – Просто хочу понять.
Эсси едва заметно кивнула:
– Ну да, они и впрямь чем‐то похожи на купидоньи стрелы. Тогда я, получается… лук этого самого купидона.
– Так, значит, цветы, – повторил он. – А какие? Красные розы?
Эсси открыла рюкзак, сунула в него руку, а потом сделала ему знак вытянуть ладонь вперёд. И вложила в неё ярко-фиолетовый цветок.
– Если крепко взять его в руку и сосредоточиться, можно узнать, кто она – твоя любовь, – сообщила Эсси.
Он усмехнулся:
– А если я не верю в настоящую любовь?
– Не важно, во что ты веришь. Да и потом, про настоящую любовь я ничего и не говорила. Цветок помогает узнать нынешнюю любовь.
– Тогда, наверное, правильнее было бы сказать «влюблённость».
Он бережно провёл пальцем по лепесткам, а потом протянул цветок Эсси, но она покачала головой:
– Оставь себе.
– Ну ладно, спасибо.
Он всё гадал, знает ли она правду. Может ли посмотреть на человека и сразу понять, кому отдано его сердце?
Знает ли, как сильно он любит её?
– Не хотела я тебе плакаться, – сказала Эсси, утирая глаза. – Мы не для того сюда пришли.
– Сегодня можем ничего не делать, если тебе не хочется.
– Ты что, шутишь? Я всю неделю этого ждала! С мамой ни о чём таком не поговорить – она меня попросту не слушает. Считает, что надо всё делать как Хастинги – это единственный верный путь.
– А ты сама‐то как думаешь?
Эсси нерешительно на него посмотрела:
