Я смотрела на бабушку, не веря своим глазам, и боялась слово сказать. Она только что ласково говорила о моём отце!
— Поломай шоколад в кастрюлю, — велела бабушка, и я поспешила выполнить поручение.
— Мне следовало догадаться, что родители готовили тебе шоколад из порошковой фабричной отравы, — пробормотала она. — Так, теперь помешивай. Нам сейчас будет кстати горячий шоколад, этой зимой необычайно холодно.
— Всё равно не нужно нас ругать, — тихо сказала я.
Бабушка сверкнула на меня глазами, но не произнесла ни слова, пока я стояла у плиты, помешивая в кастрюльке.
Напиток пах Рождеством. Бабушка достала с верхней полки вазу с кексами, и мы уселись за стол. Вид из бабушкиного окна открывался на море, уходящее за горизонт.
— Вот что, ребёнок, — сказала бабушка. — Ты ведь знаешь, какая должность у меня тут, в Высотке?
— Конечно же. Это все знают. Ты Страж дома.
— И ты знаешь, что в Высотке нет работы важнее? Страж дома следит за всем, что происходит, всё знает, обо всех заботится. Страж дома каждый день обходит все углы и за всеми присматривает. Страж дома препятствует разводам, старается, чтобы дети были вместе с родителями. Страж дома нужен, чтобы вращалось колесо жизни в нашем обществе. Ты понимаешь, о чём я говорю?
— Ты имеешь в виду, чтобы вращались колёса в центре энергии? — последние её слова меня окончательно запутали.
— Да это же метафора, ребёнок! Метафора, которая показывает, как важно, чтобы Страж дома выполнял свои обязанности.
— Ого! — удивилась я. — А ведь мы раньше думали, что обязанности Стража дома — мыть окна и посыпать солью дорожку, когда на дворе гололёд. Поэтому мы считали, что сможем тебя подменить, пока ты восстанавливаешься после травмы.
— Работа Стража дома — мыть окна? Это нечто неслыханное! — Лицо бабушки стало красным, и она ударила кулаком о стол. Но тут же спохватилась и спокойно произнесла: — Дрёпн, мне нужен посыльный. И я предлагаю тебе официальную должность Посыльного Высотки.
— А что я должна делать? — осторожно уточнила я.
Бабушка заметила, как я посматриваю на кастрюлю с горячим шоколадом, и налила мне ещё полчашки. Под столом послышалось тихое поскуливание. Бабушка незаметно сунула Герою кусочек сушёной трески.
— Разве тебе не ясно? — спросила бабушка. — Стражу дома необходимо знать, что происходит в кладовых, гараже, центре энергии, школе и других местах. Но мне сложно сейчас ходить по лестнице. Поэтому я назначаю тебя Посыльным, — она откусила кекс. — Это и для тебя полезно, будешь больше двигаться. Здесь очень важно оставаться здоровым.
Я только пискнула. А она знает, сколько времени я кручу педали? Я не какой-нибудь там диванный овощ.
Но бабушка ещё не закончила.
— Теперь, когда у меня появится свой человек в роли посыльного, мне не надо будет беспокоиться о том, что телефон может кем-нибудь прослушиваться.
Да уж. Можно подумать, в Высотке есть какие-то невероятные тайны!
— Так, получается, я должна буду бегать с записками по всей Высотке?
Бабушка фыркнула и придвинулась ко мне, слегка наклонившись.
— Я хочу, чтобы ты осознала: большинство должностей в Высотке значат больше, чем может показаться на первый взгляд. Животновод — это не какой-нибудь там специалист по коровам, это кровеносный сосуд нашего общества. Главный по развлечениям не какой-нибудь балаганщик… По крайней мере, он не должен таким быть. Он обязан следить за тем, чтобы люди не замыкались в себе и не теряли вкус жизни.
— А Специалист по паразитам? — поинтересовалась я. Но бабушка не услышала мой вопрос.
— Посыльный не просто передаёт записки. Он идёт туда, куда не может прийти сам Страж дома.
— Да, я понимаю, что ты всё ещё не оправилась после перелома шейки бедра.
Бабушка внимательно на меня посмотрела.
— И это только одна из сложностей. Важнее другое. После истории с рождественским сундуком доверие между жителями Высотки пошатнулось. Ты думаешь, люди смогут открыто рассказать мне о своих подозрениях? Нет, они не посмеют. В присутствии Стража дома язык не распускают. А ведь очень важно, ребёнок, чтобы я знала, о чём думают люди. Посыльный — мои глаза и уши.
Бабушка вытащила из-под стекла лист бумаги.
— Начнём с простого поручения.
Она стала что-то писать и на какое-то время словно забыла, что я здесь. Пока бабушка вырисовывала узорные буквы на серой бумаге, я молча ждала, как приговорённый ждёт своей участи. И вот наконец она закончила, сложила готовую записку и протянула её мне.
— Двенадцатый этаж, кабинет Метеоролога, — сказала она, будто бы я не знала, что кабинет находится на самом верху.
На восьмом этаже я остановилась передохнуть.
Учительница Янсина высунула нос из школьных дверей и широко мне улыбнулась.
— Дрёпн, дорогая! Тебе нужна книжка? А может, счёты? Или ты хочешь поупражняться в языке жестов? Готова помочь!
— Да нет, я просто поднимаюсь по лестнице, — сказала я. — Мне на двенадцатый.
— На двенадцатый? А что тебе там делать?
— У меня послание от бабушки. То есть от Стража дома, я хотела сказать.
— А почему вдруг
— Она же моя бабушка, — сказала я. — Я просто ей помогаю.
