«Как я могу стоять в углу, если здесь нет свободных углов?» - сказал Гарри, глядя в стену. Он читал в детских книжках, как непослушных детей ставили в угол. В угол, а не к стене.
«Эй, Снейп, никто не говорит: «встань к стене»! Говорят встать в угол, а не к стене».
«Ну хорошо!» - Снейп взмахнул палочкой.
В одном из углов раздался подозрительный шум. Гарри оторвал взгляд от стены и увидел, как из угла выдвигаются нагромождённые там ящики и кастрюли. Когда остались одни голые стены, Снейп указал на угол пальцем.
«Иди – встань в угол».
«Так-то лучше», - самодовольно отметил Гарри, проходя в угол. Он не знал, насколько близко к стенам нужно вставать, но спрашивать об этом у Снейпа было бы глупо.
Через несколько минут Гарри успел раскаяться, что вытребовал себе угол. Стоя у стены, можно было бы рассматривать, какие предметы на ней развешаны. А так, в углу, Гарри не видел ничего кроме пересекающихся стен.
Гарри слышал, как Снейп убирает со стола, а ему страшно хотелось попросить еще яиц. Неуверенный, что, стоя в углу, можно разговаривать, Гарри промолчал. Он не Снейп, и знает, что играть нужно по правилам.
Еще через несколько минут Гарри начал думать, что эта игра не так уж плоха, как казалась. Не нужно работать, учить бесполезные уроки. И он не заперт в подземельях. Если бы Гарри не накричал на Снейпа, то и в углу не пришлось бы стоять. И Снейп не порывался его шлепать. Конечно, Гарри не был в восторге, что по игре Снейп считался его отцом. Дело не в том, что ему неприятно называть Снейпа отцом. Раньше Гарри вообще никого так не называл.
Но Снейпу не удастся заставить называть его папой. У него один папа, его настоящий папа. Никогда Гарри не назовет так слизеринскую Летучую мышь. Да в миллион лет - ни за что--
«Гарри! – резко позвал Снейп, - можешь выйти».
Гарри обернулся к Снейпу.
«Что ты должен сказать?» - спросил Снейп.
Гарри призадумался. И что сыновья говорят отцам в таких ситуациях?
«Прости, отец?» - предположил Гарри.
Снейп удовлетворенно кивнул.
«Надеюсь, впредь ты будешь вести себя хорошо. Не хотелось бы наказывать тебя».
Уверен, что тебе хотелось бы, мстительно подумал Гарри.
«Поможешь мне с посудой. Я домою, а ты будешь вытирать. И советую не ронять тарелки на пол».
«Вычтешь из выходного пособия, если я уроню?», - спросил Гарри, не подумав. Такой простой вопрос, который сын мог бы вполне задать отцу, подверг Снейпа в замешательство.
«Я – что ты имеешь в виду под выходным пособием?»
«Деньги», - объяснил Гарри, думая, что от Снейпа нечего ждать и сикля.
Снейп ничего не ответил – тогда Гарри продолжил:
«Деньги за неукраденную метлу. И за нелетание ночью. И за неврезание в дерево. Тебе придется платить за это».
Классная идея – брать со Снейпа деньги за несделанные шалости. А если Гарри все-таки провинится, то Снейп сможет взять свои деньги обратно. Гарри представил, что действительно врезался в дерево на метле – Снейп тогда лишит его жалованья на три месяца. Гарри будет умолять не делать этого, тогда Снейп пригрозит ему увольнением. Тогда Гарри придется согласиться на любые условия, если его уволят, он же не сможет получать деньги за несделанные шалости.
«Черт тебя дери, - Снейп выругался, прерывая размышления Гарри, - ты когда-нибудь остановишься? Все эти бредовые истории. Какой же ты глупый».
«Да, - взвился Гарри, - я весь в отца!»
«Да, да, именно, - воодушевился Снейп, - дерзкий, испорченный--»
Снейп осекся, осознав, - какого отца имел в виду Гарри.
«В угол».
Тяжело вздохнув, Гарри отложил тарелку и встал в угол. Снова пустые скучные стены. Но теперь его грела мысль, что теперь Снейп будет домывать свою посуду самостоятельно.
Снейп был настоящим профи в предыдущих играх, по сравнению с игрой в семью – думал Гарри к середине дня. Снейп постоянно забывался и называл его Поттером. Такое впечатление, что он еще хуже, чем Гарри знал, как себя ведут в семьях. Все утро они занимались пустяковой работой по дому. Ко времени ленча Гарри уже абсолютно был уверен в убогости воображения Снейпа--
«Отстой! - высказал Гарри за столом, - я знаю, что все идет не так. Но я не знаю, как правильно. Я же не помню своего отца. Ты помнишь своего?»
Снейп застыл, его лицо ничего не выражало.
«Да», - еле слышно произнес Снейп.
«И каким он был? Ты можешь быть таким как он?»
«Могу, - холодно ответил Снейп, - я похож на него».
Снейп глубоко вдохнул и стал говорить изменившимся голосом:
«Ты бесполезный кусок дерьма, придурошный колдун. Я забью тебя до смерти, тебя и твою корову мать».
Гарри стало не по себе.
«Хоть бы ты навсегда остался в своей школе. Прекратил бы шататься здесь как бесполезный тюфяк. Ненавижу тебя. Почему бы тебе не сделать всем одолжение и не умереть?»
Видимо, Снейп сильно себя взвинтил: внезапно он сорвался с места и вылетел из кухни.
Гарри сидел на своем стуле, не шевелясь. Неужели отец Снейпа был таким ужасным? Гарри знал, что все эти слова не имели к нему никакого отношения, но они ранили так же сильно. Гарри захотелось разреветься.
