– Твоя мать и жрецы Люмоса находятся там, под усиленной охраной. Либо они не получили послание, либо проигнорировали его.
Берон громко выругался.
– Он использует их против нас.
– Келум, Киран… Нам нужно идти.
Берон разразился диким смехом.
– Без меня вам будет не так весело. Я тоже иду.
Лицо Люмоса выглянуло из-за горизонта. Издалека он наблюдал за нами, проливая свет на берег.
– Мне нужна минутка, – сказал Келум.
Он протянул руки, принимая свет бога луны на свою обнаженную грудь. Корона снова появилась на его лбу, и Киран начал говорить на языке, который я не узнала.
Он опустился на колени возле прибоя. Волны нахлынули, разбиваясь о его бедра, пропитывая его кожу.
Хотя каждая частичка меня хотела мчаться в Гелиос, я ждала.
Ради Келума. И ради Люмоса.
Люмос не стал медленно подниматься в небо, как делал это обычно. Он вышел из моря и бросился высоко в темноту, к предкам люминанцев. Келум поднялся с колен, промокший, но готовый отправиться в путь. Корона лунного света постепенно исчезла с его лба.
Берон снова превратился в Вольвена. Волны подхватили тунику Келума, унося ее в свои глубины.
– В таком виде ты сжаришься в Гелиосе, – сказала я, почесывая Берона за ухом. Он наклонился ко мне.
– В образе Вольвена он сильнее, – заметил Келум.
Я взглянула через его плечо на Кирана. Жрец кивнул.
Пришло время.
Я взмахнула рукой, как это делала мама. Воздух задрожал, появилась рябь. Жар лился с песчаных и каменных улиц Гелиоса. Мы собирались пройти по главной дороге, миновать Дом Солнца и подняться по ступеням храма Сол, где нас уже ждали.
Позади нас показалась Ситали. Она, словно буря, прорывалась сквозь песок.
– Подождите!
Берон зарычал, щелкнув зубами. Его шерсть встала дыбом.
– Нур? – позвала она, замедляя шаги. Сводная сестра перевела взгляд с меня на Гелиос, изображение которого рябило перед нами. –
Я гордо вздернула подбородок.
Она тяжело дышала.
– Спасибо Сол. Пожалуйста, возьмите меня с собой. Я хочу вернуться домой. – В ее словах слышалось поражение. Отчаяние. – Обещаю ничего плохого не делать. Я просто… Мне нужно вернуться домой, пока не стало слишком поздно.
– Не стало слишком поздно для чего, Ситали? – уточнила я.
Опустошенная, она покачала головой.
– Берон хочет знать, как тебе удалось выбраться из комнаты, – сказал Келум.
Ситали отметила, что эти двое могут общаться, даже когда Берон в волчьей форме. Она перевела взгляд на меня.
Ей жаль? Ситали умела извиняться?
– Ситали, – повторил Келум более суровым тоном, – как ты выбралась на свободу?
– Нет ничего, что могло бы связать мою волю, остолоп, – прорычала она, делая осторожные шаги в нашу сторону. – Я просто хочу вернуться домой, сестра. Пожалуйста.
При этом слове я изогнула бровь.
– Пожалуйста. Умоляю тебя, Нур.
– И что ты будешь делать в Гелиосе? Присоединишься к армии отца?
Она покачала головой и окинула меня внимательным взглядом.
– В этой битве ему не победить. Он наконец падет, Нур. – Ее плечи опустились в знак поражения. – Он… он приказал мне не только найти корону, но и убить тебя, Нур. Теперь я понимаю почему. Хотя он ни за что бы не сказал мне. Отец не доверял мне настолько, чтобы раскрыть правду.
Я судорожно сглотнула.
– Я просто хотела, чтобы это закончилось. Его требования. Унижения. Постоянные угрозы. – Ситали выглядела сломленной и подавленной. – Пока что я не могу раскрыть тебе мой секрет. Не раньше, чем буду уверена, что все в порядке. Что все в безопасности. У него еще есть время, чтобы… – Ситали замолкла. – Свяжи мне руки. Ноги. Что угодно. Только возьми с собой. – Она вытянула запястья. – Пожалуйста.
Келум снял свой ремень и ловко связал Ситали руки, передав оставшийся конец Кирану.
Я сжала руку Люмина, и он запустил пальцы другой в мех Берона. Рука Кирана легла мне на плечо. Ситали семенила следом, чтобы не отставать, когда мы вошли в Гелиос, в пустыню и дюны, покрытые рябью.
В тот момент, когда мы прошли через портал, Келум ахнул. Жар захлестнул его. Пот выступил на лбу Люмина, пока он передвигал ноги в тяжелых от песка ботинках. Берон неловко перебирал лапами. Нам нужно было выбраться из песка. До храма Сол оставалось совсем немного.
– Еще чуть-чуть, нам следует поторопиться. Твои ноги обгорят, даже несмотря на ботинки, – предупредила я.
Мое золотое платье развевалось, словно пламя на горячем ветру, возвещая о нашем прибытии. Когда мы приблизились к храму моей матери, богиня засияла над нами.
В этот момент Берон завыл в сторону южного неба. Я повернула голову. Переполненная радостью, я смотрела на приближающегося Люмоса.
Корона лунного света снова появилась на лбу Келума. Он направил Люмоса к нам, к Сол, горящей прямо над нашими головами. Чем ближе подплывал бог луны, тем жарче и яростнее горела моя мать. Я почти чувствовала ее страстное желание дотянуться до него, но знала, что сначала она поможет мне справиться с отцом.
