Дом Затмений полностью

Потому что так или иначе ей предстояло покинуть свою смертную оболочку. Сол должна была вернуться, чтобы гореть для своей дочери. Потому что теперь это стало ее целью. Скульптор мог утащить ее обратно на небо, но он не мог стереть дочь из ее сердца.

Когда ее человеческая оболочка истощилась, Сол думала только о своей малышке. О ее мягких темных волосах. О ее неповторимом запахе. О ее первых шагах, о том дне, когда она впервые сказала «мама». О ее любви к солнцу и ее смехе. То, как менялось ее лицо по мере того, как она становилась старше. Семь лет. Она прожила семь лет с дочерью, которую родила от своего седьмого Атона.

И прежде чем ее тело погибло, а дух вернулся на небо, ее избранник произнес ужасные слова:

– Если ты покинешь небо над Гелиосом, я убью ее. Я убью нашу дочь, а ты станешь свидетелем ее гибели.

Он сошел с ума. Услышав подобное, Сол начала сопротивляться, но было слишком поздно. Плоть, которую она создала, погибла, а ее дух был отправлен обратно в небо.

Скульптор хотел, чтобы она продолжила свой путь по небосклону, но он никогда не настаивал. Он слышал угрозу Атона и знал, что сердце Сол принадлежит ее дочери. Ему было понятно, для кого она горит.

Так что Сол осталась висеть над Гелиосом.

И ждать… пока ее девочка не достигнет совершеннолетия.

Пока она не сможет принять свое великое и ужасное наследство.

Сол подождет. И будет гореть.

Для нее.

Для Нур.

Слезы текли по моим щекам, я листала страницу за страницей, проверяя, написала ли мама что-нибудь еще.

– Как ты это написала? – в отчаянии спросила я вслух. Очевидно, все это было написано после ее смерти. – Ты знала, чем все закончится, до того, как он убил тебя? Ты оставила это послание для меня? – всхлипнула я.

Остальная часть книги оказалась пустой.

Люмос смотрел, как я страдаю. Девушка, которая думала, что она сильная, как камень, превратилась в песок. Слабый и изможденный. Мой взгляд упал на браслет на моем запястье, а рукой я нащупала браслет на щиколотке. Только я могла носить их, потому что я была дочерью богини солнца. Огонь, исходивший от бриллиантов, прожег меня насквозь, потому что это был ее огонь.

Я все еще не могла осознать это.

Я была дочерью Сол?

В отчаянии я посмотрела на безмятежное лицо Люмоса.

Теперь я поняла, что отец держал мою мать в плену.

Что будет, когда я достигну совершеннолетия? Мой семнадцатый день рождения стремительно приближался; оставалось всего несколько дней. Если Сол оставит Гелиос и придет за мной, что будет с Вадой и жрецами Люмоса?

Я не могла этого допустить.

Я сунула книгу в карман, встала и подошла к краю балкона. Вдалеке виднелся песок, громовой рев океана наполнял мои уши. Свет Люмоса отражался от поверхности волнующейся воды, и каждая набегающая волна манила меня.

Иди к нам.

Прислушиваясь к этому зову, я повернулась, чтобы выйти с балкона, и столкнулась лицом к лицу со своей сестрой.

От неожиданности я вздрогнула, а феникс внутри меня вскрикнул. Как долго она пряталась в тени моей комнаты?

– Я только что говорила с Келумом, – прислонившись к колонне, сказала она спокойно. Слишком спокойно.

– О чем?

– О вас. Ты же знаешь, что у него есть к тебе чувства. Знала ли ты, что расположение ваших комнат говорит каждому в этом королевстве, что Люмин намерен на тебе жениться? Минуя кормление с рук, мы сразу же перешли к свадьбе?

Я уставилась на нее.