Мои руки гладили горячее тело, переплетались пальцами с сильными руками Макса, чувствительная кожа груди просто полыхала от соприкосновения с его грудью. Я целовала его нос, лоб, щёки, губы, волевой подбородок и шею, кусала и облизывала ухо, как давно хотелось … И сходила с ума от наслаждения, от осознания того, что я, именно я являюсь причиной резких выдохов, тихих стонов и сдержанного рычания этого мужчины. Да, мужчины. Я не желала власти над ним, я не хотела доминировать, я просто получила невероятное удовольствие от самой возможности подарить любимому всю свою любовь и нежность. Кто сказал, что сильному полу не нужна нежность?
Во мне проснулась маньячка. Я хотела заласкать Макса до сорванного голоса и не отвязывать, пока он не забудет собственное имя. Ведь он так сладко стонет моё…
Чем ниже я опускалась по мужскому телу, тем безумнее рождались идеи. Я сама не знаю, зачем поставила засос под левым соском, куснула кожу у пупка и решила вылизать внутреннюю часть бедра своей стонущей жертвы, вместо того, чтобы уделить внимание самому важному органу…
Когда я подула на зацелованную кожу, Макс зашипел сквозь зубы.
- Родная, пожалуйста. Родная… - шептал мой мужчина, крутя головой от невозможности передать свои эмоции.
Не устояв перед такой просьбой, я осторожно, почти невесомо огладила напряжённое естество пальцами. От этой нехитрой ласки Максим задохнулся и дёрнулся. Голова была тяжёлой и пусто-пустой, будто все мысли вытрясли, как вытряхивают пыль из половика. Кровь шумела, оглушая, мешая слушать чужие вздохи. Я стёрла прозрачную капельку с багровой головки и вспомнила о том, что заставило меня сильнее свести бёдра и задрожать. У Макса же есть игрушка…
Я снова легла грудью на свою жертву, прикусив губу, чтобы не стонать. Жертва не противилась и даже наоборот. Я поднялась мокрыми поцелуями от правого соска до шеи, прикусила кожу под ухом. Слизнула капельку пота и рвано выдохнула, оплетая напряжённые руки и ноги своими. Максим наградил меня надсадным стоном и попыткой потереться всем телом. Мммм! С огромным трудом я вспомнила, зачем вернулась к его лицу. Приподнялась, щекоча твёрдыми сосками горячую кожу, нежно укусила нос, захватила в плен губы. И выдохнула еле слышно:
- Где она, Макс?
- Мм, кто, родная? - не понял Максим.
- Та палочка. Твоя игрушка. Неужели, ты думал, я не пойму, для чего она, когда разговаривал со мной по скайпу, а потом она куда-то исчезала? Вместе с твоими руками…
Макс напрягся. Я была пьяна от свободы действий и своих же слов. И ничего бы я не поняла, если бы не увидела похожую штуку в рекламе какого-то секс-шопа. Погуглила, почитала, всё узнала.
- Пожалуйста, Максим. Скажи мне. Я очень хочу сделать тебе хорошо, - искренне шептала я, поглаживая влажный от пота живот и бока. Зарылась пальцами в мягчайшие волосы. - Очень хочу.
В качестве доказательства я накрыла его губы своими и поцеловала. А потом ещё раз. И ещё. Так сладко…
- В тумбочке, - выпалил Макс в какой-то момент. Заслушавшись хриплым частым дыханием, я не сразу сообразила, о чём он.
Порыскав в тумбочке, я действительно нашла искомое.
Тонкий металлический стерженёк, усеянный маленькими шариками, тускло блестел в свете настольной лампы. Я с интересом провела по всей длине пальцами. И куда девалось моё смущение?
Сейчас, когда Макс не мог меня видеть и лишь напряжённо вслушивался, пытаясь угадать, что я делаю, стыд исчез, уступив место желанию.
Я в первый раз решилась попробовать своего мужчину на вкус. Обняла ствол пальцами у основания, удивляясь температуре кожи, и поцеловала под головкой.
- Мммм, родная-аа… - поразился моим действиям Максим.
Голова кружилась от пряного запаха и вкуса. Я попробовала лизнуть немного ниже, приласкала головку. Макс дёрнул бёдрами мне навстречу и рычаще выдохнул. С восторгом первооткрывателя я отыскивала самые чувствительные места и вслушивалась в греющие сердце стоны и просьбы. Он был беспомощен сейчас перед неизвестностью, а я перед ним.
Не я подчиняла его - он меня. Он был прекрасным божеством, моим солнцем, и счастьем было доставить ему удовольствие… И я старалась, очень старалась…
Я провела холодной металлической игрушкой по животу Макса, вызвав крупную дрожь. Облизала блестящий стерженёк по всей длине и с замиранием сердца приставила к дырочке, венчающей головку.
В первую секунду Максим испуганно дёрнулся в сторону, но осознал, видимо, как меня обидит недоверие, и застыл, стиснув зубы. Я же со всей осторожностью продолжила начатое.
После первого сантиметра Макс несдержанно простонал
- Больно? - тут же среагировала я, едва не выронив игрушку.
- Нет, - прохрипели в ответ. - Странно. И страшно…
Я успокаивающе поцеловала тазовую косточку и совершила практически незаметное возвратно-поступательное движение.
Макса подкинуло. Я продолжала неспешно и осторожно двигать палочкой, пока она не скрылась совсем, оставив снаружи самый большой шарик. Я облегчённо выдохнула. Максим от моих манипуляций непрерывно стонал и вскидывал бёдра вверх, так что я каждый раз боялась причинить боль.
