Внутри коробки находился пистолет и две полные упаковки патронов к нему. Он купил пистолет для Эшли в качестве защиты на случай, если его не будет дома, но она не особо была расположена к оружию и спрятала его в коробку из-под обуви и засунула под кровать.
Он совсем забыл, что купил пистолет, и сейчас при виде пистолета в его памяти возникли мучительные воспоминания об их отношениях, отчего ему еще сильнее захотелось быть с ней вместе. Он достал пистолет, вздрогнув от боли в костяшках пальцев, и внимательно осмотрел его. Как и можно было ожидать, пистолет находился в идеальном состоянии. Более того, он был уверен, что им вообще не пользовались.
Он раскрыл обе упаковки с патронами и убедился, что ни один из них не был использован. Он вспомнил, как пытался убедить ее держать пистолет при себе, когда она выходила на улицу, что он может пригодиться ей, если она попадет в беду. Она, конечно же, отказалась, и поэтому пистолет был спрятан и забыт.
Мэтт не мог не задаться вопросом, могло ли все сложиться иначе, если бы он проявил немного больше настойчивости, но потом решил, что теперь это не имеет значения. То, что могло бы произойти, не имело никакого значения, важно было только то, что происходило сейчас. Он откинул голову на стену и закрыл глаза, и сразу перед его мысленным взором возникли ужасные образы.
Мужчины трахающие Эшли, насилующие ее во все...
Сон, похоже, стал роскошью, о которой он больше не думал.
Закрытие глаз не принесло ему ничего, кроме агонии и страшных визуальных образов, и он готов был на все, лишь бы не переживать их снова.
Сейчас, сидя на полу среди беспорядка в разгромленном доме, он думал только о том, что будет на следующем DVD, когда его доставят.
Он вздрогнув проснулся и еще некоторое время лежал, прежде чем поднялся и сел на край кровати, положив локти на колени и подперев ими голову. Его способность контролировать ситуацию стремительно ослабевала, и он был уверен, что чувствует, как начинает терять остатки рассудка.
Внутри его души что-то надломилось; возможно, в мозгу произошло некое короткое замыкание, в результате которого его мысли сменили рациональное направление на нынешнее тревожное.
Он задался вопросом, не похоже ли его состояние на состояние тех людей, о которых иногда можно было прочитать в газетах. Например, когда голливудская знаменитость решает повеситься без видимых на то причин, или когда вполне рациональный, здравомыслящий человек без единого намека на какие-либо отклонения решает купить оружие и обстрелять школу или студенческий кампус, а затем покончить с собственной жизнью.
В прошлом подобные поступки всегда обескураживали его. Вся концепция самоубийства была ошибочной. Поскольку он был католиком, он верил, что душа человека, покончившего со своим существованием, на небеса не попадает.
Он вспомнил слова из проповедей, которые посещал в детстве, слова, произнесенные в огромных церквях пастором с громогласным голосом, усиленным в несчетное количество раз благодаря размерам вместительной церкви: