– Лучше бы она дала мне какое-то время все закончить, – ответила я, отпивая вино. Мне вспомнилась, какая атмосфера была на кухне утром, когда появилась мама. – У меня такое ощущение, что, когда я с ней, мы просто играем в дочки-матери. Все расчудесно, но вдруг – бах! – и мы снова чужие. А она еще пытается форсировать.
– Кажется, твоя мама просто хочет проводить с тобой больше времени. А что если нам подключить ее к ремонту дома? – предложил Джек. – У нее теперь есть свободное время. К тому же она – фанат сериала «Дом своими руками с Кирсти Олсопп», не так ли?
– Да, она его любит. Нет, ни в коем случае. И к счастью, она не выразила никакого желания помочь нам с домом. Она счастлива, что закончила работу над своим собственным.
– Вероятно, ты постепенно привыкнешь к мысли, что у нее есть бойфренд.
– Не думаю, – ответила я. – И все, закроем эту тему. Послушай, мы же не виделись целую неделю, и ты побывал в гламурной европейской столице. Так давай проведем вечер, беседуя об этом, а не о личной жизни моей мамы.
– О’кей.
– Как тебе понравились люди, с которыми ты познакомился на студии?
– Они действительно замечательные. Было так здорово обменяться с ними идеями. Думаю, было бы чудесно иметь их в команде. Немецкая студия хочет поработать вместе с нами, и у нас будет классная объединенная команда.
– А когда вы получите ответ от инвесторов?
– Надеюсь, до Рождества, – ответил Джек. – Для меня так важно снова работать над тем, что мне нравится, а не просто делать какие-то мелочи для рекламы.
– Я знаю. Мне так хочется, чтобы у тебя все получилось, Джек. В самом деле хочется.
Сентябрь заканчивался, и порывы ветра кружили в воздухе опавшие листья. Кэллум и Спенсер закончили работу в саду. Стало рано темнеть, и в воздухе повеяло осенью. Каштаны усыпали землю в саду перед домом, и вокруг лежали груды оранжевых и золотистых листьев.
Прибираясь на кухне, я услышала стук в дверь, ведущую в сад, и увидела через стекло Кэллума. Я открыла дверь.
– Вы готовы взглянуть на ваш обновленный сад? – спросил он.
Я в нетерпении надела сапоги. Конечно, все прошедшие недели я видела, как они работают. Первым делом утром, еще одеваясь, я смотрела в окно и видела, как они выпалывают сорняки и подрезают куманику. Или, вернувшись из садоводческого центра, разбрасывают семена и сажают луковицы в темную землю. Но я предвкушала, как буду осматривать наш сад, когда все будет готово.
– Еще бы!
Я вышла вместе с Кэллумом, и мы направились к саду диких цветов. Изгородь, сделанная из кусков дерева и веток, отделяла его от дорожки, вымощенной неровными камнями.
– Мы оставили здесь почти все как есть, потому что дикие цветы прекрасно растут на скудной почве. Разбросали семена диких цветов, так что вы увидите их весной, а маки – летом. Ведь вы их любите, не так ли?
– Да, – подтвердила я, вспомнив, как влюбилась в этот сад в мой первый визит сюда. Кэллуму удалось схватить то, что пленило меня в тот день – ощущение буйной природы. Однако он слегка укротил ее. – Как красиво! И мне нравится этот деревянный стол для птиц.
– Рад, что вам нравится. Я просто сколотил его на скорую руку. Пойдемте дальше. – Следуя по тропинке, он привел меня к шпалерам, увитым жимолостью и жасмином. – В следующее лето тут будет дивный аромат, – сказал он. – А вот японские анемоны, которыми вы можете наслаждаться уже сейчас. – Он указал на клумбу растений с гордыми белыми цветами. Я заметила их, глядя на сад из окна спальни.
– Джек упоминал, что вы оба подумываете об огороде, – продолжал Кэллум. – Поэтому мы отвели для него место и посадили кое-что из овощей.
– А это место рядом – для нашей беседки?
– Да, когда вы будете готовы.
Мы дошли до ручья. Воздух был прохладнее, чем когда мы с Кэллумом были здесь в последний раз. На папоротниках повисли дождинки. Листья с дуба усеяли землю вокруг нас.
– В основном я оставил здесь все как было – ведь вы сказали, что так хотите.
– Верно. В этом ручье есть что-то особенное. Было бы неправильно что-то тут менять. Не думаю, что нам удалось бы сделать лучше, даже если бы мы постарались.
– Да, вы правы, он особенный, – сказал Кэллум, и взгляд у него сделался отсутствующим. Наверно, он подумал о своей матери.
Повернувшись, я взглянула на сад. Кэллум создал картину, на которую я буду первым делом смотреть каждое утро, получая удовольствие. Сад гармонировал с коттеджем, который и так уже слился с природой, ибо был весь покрыт глицинией.
– Спасибо, Кэллум, – поблагодарила я. – Я вам завидую, действительно завидую. Вашему умению чудесным образом преобразовывать вещи.
Взгляд его зеленовато-серых глаз был прикован к моим.
– Забавно, – заметил он. – Видите ли, дело в том, что вы это тоже умеете.
