Я повела ее мимо цветочного магазина к Салли. В кафе было тепло, и приятно было согреться после холода на улице.
– Привет, Амелия, – улыбнулась Салли. – Заходите и грейтесь. Рада тебя видеть! Целый чайник «Эрл Грей», не так ли?
– Да, пожалуйста, – ответила я. – Что ты будешь есть, Мирабель? Между прочим, это моя сестра. Мирабель. А это Салли – гений по части пирогов.
– Привет, Салли. – Мирабель сняла пальто из грубошерстной ткани и бросила на спинку деревянного стула. – Мне ничего не надо, спасибо, я на диете. – И она пожала точеными плечиками.
Две пожилые леди за соседним столиком в ужасе обернулись. Салли взглянула на Мирабель так, словно та грязно выругалась.
– Только не здесь, – твердо заявила она. – Это слово запрещено в моем кафе. Что ты будешь есть?
Легкая улыбка тронула пухлые губки Мирабель.
– Тогда бейкуэльский сладкий пирог[22].
Мы с Мирабель уселись пить чай за столиком у двери.
Салли принесла наш заказ. Я увидела за окном пожилую женщину в темно-синем пальто и белой шерстяной шапочке, проходившую мимо. Она опиралась на руку молодого человека лет двадцати, и ее зеленые глаза смотрели прямо перед собой. Я узнала это лицо с тонкими чертами и волнистые седые волосы – это была миссис Макгуайр. Элинор.
Когда я впервые увидела ее в окне Брэмблдаун-Коттедж, у нее был такой же отсутствующий взгляд. Мне вспомнились детский чепчик и фотографии, которые я вернула в жестяную коробочку и убрала.
– Почему ты так смотришь на эту старую леди? – заинтересовалась Мирабель.
– Она раньше жила в нашем коттедже. Это бабушка Кэллума.
– Ты ее знаешь?
– Нет, – ответила я. Нужно поскорее отдать ее вещи, которыми я завладела. Я покачала головой. – Нет, совсем не знаю.
Мирабель с аппетитом уписывала бейкуэльский пирог.
– Знаешь, тебе вовсе не нужно садиться на диету, – сказала я.
Она склонила голову набок.
– Нужно. Я же чувствую, что толстая. Да и Джесс иногда мне это говорил.
– Очаровательно. Значит, это к лучшему, что ты дала ему отставку. Нет, ты совсем не толстая. Вообще-то тебе даже не мешало бы немного поправиться.
Салли прошла через кафе к нашему столику и придвинула себе стул.
– Ты надолго приехала, Мирабель? – спросила она.
– На неделю. Моя сестра заставит меня заниматься физическим трудом в коттедже.
– Ничего страшного. Будет красить стены и клеить обои, – уточнила я.
– А, великий ремонт коттеджа! – улыбнулась Салли. – Если у тебя выдастся свободная минутка, Мирабель, ты должна заглянуть на ферму моих родителей. У них есть лошади и альпака, и они любят гостей.
– Звучит заманчиво, – ответила Мирабель. – Я очень люблю лошадей.
Я встретилась взглядом с Салли и одобрительно улыбнулась:
– Мы с удовольствием.
Когда мы вернулись домой в тот день, я наткнулась на Спенсера, стоявшего в холле. Обычно я болтала с Кэллумом, а Спенсера видела здесь чуть ли не в первый раз. Я заметила, что он смущенно улыбается.
– Привет, – сказала я. – Все в порядке?
– Да, – поспешно ответил он. – Мы почти закончили полы в столовой и все подготовили в гостиной.
– Чудесно. Но сначала нам нужно заменить там оконные рамы. Наверно, будет уютно. Спасибо за вашу помощь, я так благодарна, что вы смогли остаться.
– Не за что, – ответил Спенсер. – Мы получили от этого удовольствие.
Он неловко мялся в дверях, не произнося ни слова, просто переминался с ноги на ногу.
– Вы хотите поговорить со мной еще о чем-нибудь? – спросила я.
– Вообще-то да. – Взгляд его блестящих голубых глаз встретился с моим.
– В таком случае, я слушаю.
– Это насчет вашей сестры.
– Мирабель? А что именно?
– В деревне сегодня вечером будет играть оркестр. А поскольку у нее нет здесь друзей, я подумал, что ей, возможно, захочется пойти.
– О, конечно. Если она надумает, я не возражаю, – сказала я. – Ей будет интересно посмотреть на деревенскую жизнь.
– Отлично. – Спенсер расслабился и принял более непринужденную позу.
– Я позову ее.
Я нашла Мирабель в ее комнате. Она растянулась на кровати, читая журнал. На ней были джинсы и один из моих любимых топиков – ярко-красный, с черной отделкой. Волосы свисали мокрыми прядями, оставляя темные пятна на простынях и на моем топике.
– Ты пришла сказать, что Wi-Fi снова в порядке? – с надеждой спросила она.
– Увы, пока что нет. Не знаю, что такое сегодня случилось. Но если тебе скучно, у меня хорошие новости. Спенсер только что спросил меня, не хочешь ли ты прогуляться в деревню. Сегодня вечером там играет оркестр и будет весело. Он сейчас внизу. Я сказала, что не возражаю.
– Спенсер, – повторила она с заинтересованным видом. – Это тот, который ничего?
– Смотря что ты имеешь в виду, – ответила я, чувствуя себя неловко. – Это тот, который моложе, с более светлыми волосами.
– Нет, это не тот, – сказала Мирабель, возвращаясь к своему журналу.
– Не будь невежливой, – сказала я. – Спенсер очень славный парень. И он же не просит твоей руки.
– Хорошо, я с ним поговорю.
Мирабель поднялась с кровати. Она была выше меня. Я заметила, что под топиком, который она взяла без спросу, нет бюстгальтера.
Через несколько минут до меня донесся смех Мирабель и звук голосов из кухни.
