Солнце еще не показалось из-за горизонта. Тем не менее, зарево уже прикоснулось до верхушек башен. Казалось, будто это они превращают ночь в утренний сумрак, а не светило. На стене медленно ходили стражники. Зурим, глядя на темные силуэты, порадовался, что это не он бдит в тяжелых доспехах, подставляя бока холодному ветру.
После того как дружина практически перестала существовать. Барон принял решение набрать новую. Благо было с кого начинать. Помимо уцелевших ветеранов, оставленные в Каменном воины рекрутировали пятнадцать молодых мужчин, а в Гвазде Грав Ласкон вообще призвал всех от семнадцати до двадцати пяти, тем самым, доведя численность дружины до шестидесяти человек. Народ было зароптал, однако когда люди узнали, что оплата будет в два с половиной раз больше, чем раньше быстро умолкли. Правда, как солдаты бывшие крестьяне пока "никакие", но, как выразился барон: "под лежачий камень вода не течет".
Вот тоже очередная странность. Грав Ласкон знает кучу мудрых изречений, а ведь в прошлом он не блистал ими. Предпочитал с мечом тренироваться, да на девок глазеть. Теперь же в библиотеке штаны протирает сутками! Отродясь такого не бывало. По приказу покойного барона разве что, в качестве наказания. Еще неизвестно, какой хозяин лучше - образованный или дурень. Порой начитанные могут такой ужас сотворить... Тот же Жорэс Маргрон, говорят в самой Империи обучался. Но не дайте Боги подобного господина! На всякий случай Зурим решил даже мысленно Грава Ласкона "Вашей Милостью" величать. От греха подальше. Слишком тот изменился.
- О! Смотрите! Наш механик не проспал, самый первый выполз на свежий воздух. Видать в лесу, что-то сдохло! - раздался возглас барона. Зурим резко развернулся и увидел подходящего владельца замка в сопровождении охраны: десятника Фиша, дружинника Хомы, колдуна и двух мутантов-близнецов, имен которых он так и не удосужился запомнить. Четвертый мутант отсутствовал. Насколько Зурим знал, того оставляют в замке, чтобы за Корнисом присмотрел. Почему-то Ласкон не желает лекаря отпускать. И зачем нужен такой слабый маг? Непонятно. Знахарка и то бывает, лечит не хуже. Уж всяко дешевле.
- Доброе утро, ваша милость. Господин десятник, - поздоровался механик. Остальным просто кивнул. - Почем знаете, что кто-то в лесу издох? - не удержал в себе вопрос Зурим.
В ответ Грав Ласкон заразительно рассмеялся. Воины не удержались и заулыбались.
- Господин как всегда шутит, - пояснил колдун.
- Где конюх? - громко спросил барон, отвеселившись.
- Я туточки, вашмилсть, - на улицу из конюшни вышел дородный дядька, ведя за повод оседланного Черныша. Конь всхрапывал и нетерпеливо пританцовывал. Радовался появлению хозяина и предстоящему путешествию. - Лошади оседланы, как вы и требовали.
- Отлично, Бруно. Как там твой помощник? Пошел на поправку? - полюбопытствовал Грав Ласкон. Помощник конюха имел глупость выступить на стороне заговорщиков и теперь расплачивался за свой проступок. Мало того, что умудрился сломать руку, не успев даже вынуть клинок из ножен, так еще и получил обещанные двадцать плетей. Хорошо не повесили. Пожалел слуг барон. Мог ведь, и казнить - имел право.
- Да куда он денется. Оклемается, я ему от себя добавлю, - Бруно потряс кулачищем, показывая, чем добавит.
- Думаю - это будет лишним, - по-прежнему улыбаясь, произнес Ласкон. - Он получил по заслугам. Надеюсь, урок пошел впрок и больше неповиновения не будет.
- Не извольте беспокоиться. Я прослежу, - пообещал конюх.
Барон приблизился к своему коню:
- Соскучился? - спросил он у Черныша и обнял за шею. В ответ жеребец довольно фыркнул.
- И я. Ты прости. Не уделял тебе много внимания. Дел было полно. Теперь все позади и мы будем вместе долго, - Черныш замотал головой, будто бы понял каждое слово и радуется перспективам.
Зурим тихонько хмыкнул и подумал: "Никогда мне не понять скотину. С големами куда как проще".
Он сонно зевнул, запахнулся плотнее в плащ и понес приготовленную сумку с вещами в конюшню. Надо приторочить ее к седлу и выводить лошадь.
Семеро всадников выехали за ворота и поскакали вниз по дороге. Вскоре показалась развилка, у которой стояли виселицы. Казненные: староста Гвазды и бывший управляющий Корн покачивались под порывами ветра. Зурим уловил ноздрями запах разложения и поморщился. Незавидная судьба. И чего им не хватало? Жили в достатке. Все у них было. И что теперь?
Механик старался не смотреть на трупы, но проезжая рядом не удержался и глянул. Посиневшие лица с отвратительными вывалившимися языками. Глаза отсутствовали. Ими падальщики полакомились в первую очередь.
"Мерзость какая", - Зурим отвернулся и вовремя. Не увидел он, как на голову Корна села ворона и стал долбить длинным черным клювом глазницу.
Через минуту молодой механик забыл о мертвецах. Он думал о совершенно другом.
